Эштон вытащила большой красный рюкзак из своего шкафа, очень похожий на тот, насыщенно синий, что Сойер помог мне выбрать. Волнение из-за нашей предстоящей поездки, заставило меня чувствовать жалость, что я не могу разделить ее радость. Но каждый раз, когда я пыталась радоваться, видения черных медведей, змей и бензопилы тревожили мои мысли.

– Прекрати хмуриться. Все будет в порядке. Я порошу кого-нибудь разделить с тобой палатку. Ты не останешься одна. Потянувшись за крошечным бикини Эштон, что упало на кровать, я взяла его и подняла брови от удивления.

– Так, я предполагаю, что твоя мама не видела этого?

Эштон закатила глаза и выхватила его из моих рук, но прежде оглянулась на дверь, чтобы убедиться что они были все еще закрыты.

– Нет, она не знает. Я купила его специально для этой поездки.

– Держу пари, что ты так и сделала,- я подразнила.

Эштон нахмурилась.

– Тсссс . . . Разве ты не помнишь, что для начала мне пришлось сделать, чтобы это произошло? Единственным спасением является то, что Сойер будет там, и они верят, что я и ты разделим палатку. И я могла забыть о том, что Бо будет там.

– Эштон! Ты этого не сделала! Что, если они спросят его мать?
– спросила я в ужасе.

– Этого не произойдет. Мои родители и Хани Винсент не слишком дружелюбны.

– Ладно, если ты так говоришь,- ответила я в тот момент, когда мой телефон оповестил меня о новом сообщении.

Сойер: Что ты делаешь?

Я: Смотрю, как собирается Эш.

Сойер: Почему ты не собираешься?

Я: Потому что я волнуюсь из-за черных медведей, которые съедят меня, пока я буду спать.

Сойер: ХА! Никакой черный медведь не съест тебя. Они не любят рыжих. Ты в безопасности.

Я: Очень смешно! Мне удалось узнать, что они не слишком разборчивы и, что их много в Чиха.

Сойер: Не, я не видел там ни одного.

Я: Ладно, они там есть. Погугли.

Сойер: Я защищу тебя.

Я: Может быть, в течение дня, но ночью, когда я буду одна в палатке, они придут за мной.

Сойер: Одна в палатке? Эм, нет. Ты в моей палатке.

Я повернула голову и увидела Эштон, наблюдающую за тем, как я переписываюсь с Сойером. Мягко говоря, она была удивлена.

– Ладно, что он говорит?

– То, что я в палатке вместе с ним.

Эштон подняла брови.

– Соглашайся.

Я: Ты уверен?

Сойер: Черт, да, я уверен. Почему, ты думаешь, я пошел в этот поход с палатками?

Я: Эм . . . потому что тебе нравится спать на жесткой земле и, когда тебя преследуют медведи?

Сойер: Смешно. Тащи свою милую маленькую задницу в комнату и собирайся.

Я: Да, сэр.

– Ох, доверься немного,- нараспев казала Эштон, когда я встала, засовывая телефон в карман шорт.

– Да, да, ты все знаешь,- ответила я.

– Ты пойдешь сейчас собираться?

– Да, я думаю, что нужно уже собираться. Нам, правда, нужно будет выезжать так рано утром?

– Боюсь, что да. Туда надо будет ехать пять с половиной часов, затем надо будет подняться до кемпинга и поставить палатки, перед тем, как зайдет солнце.

Было все еще темно, когда Сойер приехал на Сабарбейн, принадлежащий его отцу. Там было восемь мест. Таким образом, мы могли поехать все вместе. Я собрала столько вещей, сколько могла упаковать в свой чемодан. Эштон убедила меня, что там есть душевые, стоявшие на грунте, которые мы могли использовать. Я не была согласна мыться в воде, полной змей.

– Доброе утро, солнышко, - сказал Сойер, когда я выскочила за дверь. Мы проспали и, не было времени, чтобы приготовить кофе.

Мой взгляд сфокусировался на пластиковом стаканчике, протянутом мне.

– Ты пьешь черный, правильно?

– Иди сюда,- сказала я, притягивая его за черную футболку, которая была на нем, пока он не оказался достаточно близко для поцелуя. Я смачно его поцеловала и забрала стаканчик из его рук, - Ты мой герой.

– Если я буду получать такое приветствие, то я могу просто начать появляться каждое утро с чашкой кофе в руке, - Сойер протянул сексуальным голосом, когда он обвил руку вокруг моей талии.