— Да? — с деланной усмешкой удивился Шольц. — Какие нелепые сказки! Так вы говорите, что знаете дорогу в монастырь?

— Да, она мне известна.

— А монахи? Вы знакомы с кем-нибудь из них?

— Я виделась с настоятелем Дмамцо. Мудрый и внимательный старик. Но он умер. Возможно, я и вспомню кого-нибудь из его окружения, но не уверена, что кто-нибудь вспомнит меня. Я была в монастыре еще подростком.

— И помните путь? — В голосе Шольца звучало явное недоверие.

— У меня хорошая зрительная память. У вас будет возможность убедиться в этом.

— В таком случае будем считать, что мы договорились. Я беру вас проводником и переводчиком. По возвращении в Лхасу вы получите двести английских фунтов. Полагаю, это хорошая плата…

— Да, недурная, — согласилась девушка.

— Но это еще не все. Если вы поможете мне раздобыть одну вещь, которая должна находиться в монастыре Чэньдо, я заплачу вам еще пятьсот.

Девушка удивленно вскинула бровки.

— Что это за вещь?

Но Шольц уклонился от ответа.

— Всему свое время, дорогая мисс Лурн. Я расскажу вам все, но не раньше, чем мы окажемся на месте.

— Хорошо. Когда мы отправляемся в путь?

— Завтра же. Я уже нанял шерпов и купил яков. Я подготовился заранее. Проблема была лишь с хорошим переводчиком. Теперь благодаря вам она разрешена. Куда прикажете за вами зайти?

— Я живу у рыночной площади. Если не знаете, где это, идите на запад от Поталы [10] . Спросите дом доктора Лурна. Любой местный житель вам его покажет.

Шольц кивнул.

— Я знаю, где это. У вас много вещей?

— Нет, я привыкла жить по-походному. Один небольшой сундук.

— В таком случае — до завтра?

— Да.

Отто фон Шольц протянул мисс Лурн руку, и та пожала ее с удивившей полковника силой. Мисс Лурн явно не была белоручкой. Полковник Шольц все более убеждался в этом, не подозревая, однако, что за свою недолгую жизнь эта девушка побывала в таких переделках, какие ему, бывалому вояке и специальному агенту абвера, даже не снились. Ведь мисс Лурн была не кто иная, как Шева…

Пространство и время, время и пространство. Сменив вороного коня на серебристую титановую ракету, человек вообразил, что покорил вас. Вспомните, как это начиналось! Как, пыхтя, поплыл по дрожащей воде первый пароход. Как, чихнув, покатилась по брусчатой мостовой самоходная коляска. Как взлетел аэроплан с фанерными крыльями, похожий более не на летательный аппарат, а на предмет мебели, и оттого метко прозванный этажеркой. А потом ушла в глубину подводная лодка, и аэроплан, уже обретший стройные очертания самолета, прыгнул с континента на континент. Уже тогда человек решил, что покорил пространство. Когда же стальная птица сумела обогнать восходящее солнце, неразумные обитатели Земли уверовали, что покорили и время. И человек даже не задумался над тем, а может ли он покорить то, чему он не нашел покуда даже определения. Что такое полет через океаны в сравнении с межпланетным прыжком? А что такое расстояние между Землей и Марсом в сравнении с той бездной, что отделяет Солнце от альфы Центавра. А что такое расстояние между родственными звездами в сравнении с бесконечной пустотой между галактиками? Подобное расстояние можно вычислить, но его непостижимо трудно осмыслить. За свой недолгий век человек проходит полтораста тысяч километров, но что они значат по сравнению с полуторастами миллионами километров, отделяющих Землю от Солнца? Можно ли представить себе расстояние между звездами, равняющееся десяткам и сотням парсеков? А что вы скажете о скромных размерах галактик, простирающихся на сотни тысяч световых лет или на расстояние, выраженное единицей с двадцатью одним нулем?

А как вам размер Метагалактики, той крохотной части Вселенной, которая вмещает в себя несколько миллиардов галактик с общим числом звезд, равным единице с двадцатью одним нулем? Но что такое Метагалактика, если Вселенная определена сотнями миллиардов галактик?

И после этого вы будете утверждать, что знаете, что такое пространство?!

А время… Мы более или менее точно знаем лишь ничтожный отрезок, равный шести тысячам оборотов Земли вокруг Солнца. Что было перед этим — мы можем лишь гадать, выдавая предположения за знание. Мы не очень-то хорошо знаем то, что есть, и можем лишь строить гипотезы о том, что будет.

А попробуйте-ка дать определение прошлому. Время, которое ушло? А вот и неверно. Куда в этом случае деть пространство? И выходит, что прошлое — не только время, но и пространство. И в большей степени пространство, чем время.

А настоящее? Настоящее — это то, что есть? То бишь время, представляющее переход из будущего в прошлое в нашем восприятии. И еще пространство. Ведь настоящее не только время, но и пространство, но в большей степени время.

А будущее… То же время и пространство, время — да, но будет ли будущее отмечено знаком пространства? И если будет, то каким? Вот в чем вопрос!

Загадки, загадки, загадки. Никогда и никому не дать на них ответа. И это справедливо. Ведь знай мы тайну времени и пространства, то к чему нам еще было бы стремиться? Вдруг неразумному человеку придет в голову поразмыслить над тем, что есть Бог? А там он задумается над самым сокровенным — что есть он сам. И тогда обезьяна прицепит к копчику хвост и вернется на искомое древо, с которого ее нечаянно столкнули пространство и время, выраженные страхом. И уже некому будет думать о том, было ли это пространство, было ли это время.