Наконец мне удалось углядеть столик, где был сервирован кофе и пирожные со взбитыми сливками. Я принялась незаметно подталкивать Криса в этом направлении, но тут его взяла на абордаж весьма экзальтированная поклонница лет шестидесяти на вид. Вскоре выяснилось, что незадолго до этого ей удалось уговорить Криса подписать для нее одну из своих кистей, и теперь она горела желанием получить еще одну, для сына.

– Пойду за шоколадом, – объявила я. И, нагнувшись к уху Криса, шепотом добавила: – Самое большое для меня искушение – после тебя, конечно.

В ответ он шепнул что-то по-французски – очевидно, нечто непристойное, решила я. Мне пришлось закусить губу – до такой степени сексуально это прозвучало.

Через пару минут в руках у меня уже была чашка с ароматным мокко, увенчанным пышными взбитыми сливками. Все еще улыбаясь, я отошла к небольшому круглому столику и украдкой сунула в рот полную ложку. Это было божественно… почти так же восхитительно, как флиртовать с Крисом! Сказать по правде, я до сих пор не могла привыкнуть к тому, какой умиротворенной чувствую себя рядом с ним.

– Привет, Сара!

Я оцепенела, так и застыв с ложкой во рту. Мой взгляд упал на до боли знакомую руку, в ушах похоронным звоном отдавался ненавистный голос. Я почувствовала, как от первобытного страха пустеет в голове. Этого не может быть… его не должно быть здесь! Прошло уже целых два года с того дня, как мне удалось получить ограничительный ордер… два года, показавшиеся мне вечностью.

Словно во сне, я положила ложку на блюдечко, мысленно проклиная себя за дрожь в руках, которую он наверняка заметил… не мог не заметить. Еще бы – с его-то умением манипулировать людьми. Ублюдок, которого я больше не хотела видеть… Правда, и я была уже не та, что пять лет назад. И тем более два года назад. Я уже больше не боялась его.

Прикрикнув на себя, я подняла глаза… но увидела не того высокого, темноволосого, привлекательного мужчину, которого видели остальные. Точно так же, как не ощутила ни малейшего трепета, почувствовав на себе взгляд его холодных голубых глаз. Только я одна знала, что там внутри, за этой красивой скорлупкой. Тьма и черная злоба. Я видела не мужчину, а чудовище, которым он обернулся в нашу последнюю встречу.

– Майкл, – выплюнула я, словно это имя обжигало мне рот. У меня на миг перехватило горло, и я возненавидела себя за то, что он по-прежнему так действует на меня. Прошлое вновь властно напомнило о себе. Мне вдруг показалось, что пол уходит у меня из-под ног. Нет! Только не здесь… не сейчас! Крису сейчас и так тяжело, чтобы взвалить на его плечи и эту ношу. Именно поэтому я не имею права сдаваться. Я должна быть сильной – ради него.

Я до боли сжала кулаки.

– Что ты тут делаешь?

– Увидел твою фотографию в газете. Ну и потом, мне в любом случае нужно было заглянуть в Силиконовую долину по делам фирмы. Вот мы с твоим отцом и решили, что можно совместить приятное с полезным – внести свой вклад в доброе дело, а заодно и повидать тебя.

Мой отец – за все эти пять лет при всех своих возможностях не сделавший ни единой попытки связаться со мной. Не удосужившийся даже прийти на вечер памяти о моей матери – тот самый, где я и познакомилась с Майклом. Я ненавидела себя за то, что даже сейчас при одном упоминании о нем у меня от животного страха пустеет в голове. Ненавидела – поскольку много лет тосковала по нему, по отцу, почти не замечавшему меня, как он не замечал мою мать, любившую его до конца своих дней.

– Мы оба знаем, что моему отцу и в голову бы не пришло отправить тебя сюда, – казалось, мои губы замерзли и не повинуются мне.

– Ошибаешься. Видишь ли, все это время мы с ним приглядывали за тобой, Сара. А значит, и за теми, кто стал частью твоей жизни. Именно поэтому я и здесь. Должен сказать, интересного ты нашла себе приятеля!

Кровь бросилась мне в лицо, сердце совершило прыжок и застряло в горле.

– Что ты имеешь в виду?

– Что у Криса Мерита имеются весьма любопытные отклонения, разве нет?

В голове у меня стало слишком просторно, как будто все мысли съежились от страха. Крис! Он решил использовать против меня Криса! Ему известно о клубе. Вот что он имел в виду. О Боже… только не это!

– Мы с твоим отцом надеялись, что ты поймешь, что он собой представляет, и бросишь его, – продолжал Майкл, – но теперь ты появляешься с ним на публике, фотографируешься вместе с ним, так что мы больше не можем игнорировать то, что может разрушить нашу и твою жизнь.

– Вашу? – возмутилась я. – Ты-то здесь при чем? Речь идет о моей семье!

– Вот тут ты ошибаешься. Я новый вице-президент, назначенный твоим отцом, и что вредит ему, наносит вред и мне. И наоборот. А я абсолютно уверен, что забота о детях составляет всего лишь малую часть весьма своеобразных интересов, которыми отличается Крис. А ты как считаешь?

Нет, он точно чокнутый.

– Я была нужна тебе просто для того, чтобы унаследовать отцовские деньги – ты ведь мог заполучить их только вместе со мной!

Майкл придвинулся почти вплотную. Все, что я могла, это смотреть ему в глаза, стараясь не показывать слабости.