— Только еще одно. — Он положил перед Уббе фотографию в рамке и многозначительно указал на какую-то ее часть. — Кто это? Крайний слева?

Уббе склонился над фотографией и стал ее рассматривать. Билли с Ваньей успели подойти и мельком увидеть мужчину с широкой улыбкой.

— Это Франк. Франк Клевен.

Ванья и Билли оба сразу же узнали мужчину. Его фотография уже висела в отделении у них на стене. Правда, там без широкой улыбки, но не было никаких сомнений в том, что именно Франк Клевен останавливался в прошлую пятницу в ветхом мотеле.

— Он тоже член клуба?

— Он был членом. Переехал отсюда через год после первенства Швеции. Теперь, кажется, живет в Эребру. Или в Эскильстуне. Он тоже замешан?

— Никто ни в чем не замешан. Помните о лицензии, — ответила Ванья и вместе с остальными покинула клуб. Все трое шли к машине значительно быстрее обычного. День складывался по-настоящему удачно.

Франк Клевен жил в Эскильстуне на улице Лерквеген. Однако там Билли никто не ответил, а мобильного телефона, во всяком случае зарегистрированного на свое имя, по сведениям справочной службы, у Франка не было. После некоторых поисков Билли нашел место работы Франка — строительную фирму H&R. Тот работал инженером-строителем и пользовался мобильным телефоном, зарегистрированным на фирму. Билли позвонил ему. Франк очень удивился, узнав, что его разыскивает полиция, но Билли подчеркнул, что им надо лишь задать ему несколько вопросов.

Они с удовольствием к нему подъедут.

Через тридцать минут.

Да, они настаивают.

Ванья с Себастианом уже находились в машине, на полпути к Эскильстуне, когда им позвонил Билли, оставшийся в отделении полиции Вестероса. Он зачитал им короткую выдержку из данных регистрационной службы. Это дало им не слишком много. Пятьдесят два года, женат, трое детей, родился в Вестервике, переехал в юном возрасте в Вестерос, окончил четырехгодичную гимназию, военную службу проходил в артиллерийском полку на острове Готланд, с 1981 года имеет лицензии на пользование пистолетом и ружьем, взысканий и финансовых задолженностей не имеет. Зацепиться не за что. Но они получили адрес.

На подъезде к Эскильстуне они свернули к стройке, где сооружался новый супермаркет. В настоящий момент это мало походило на будущий храм торговли — на месте, где предполагалось возвести стены, пока торчали только балки, но огромный литой фундамент был уже в принципе готов. Вдали виднелось несколько рабочих, возившихся возле какого-то большого желтого агрегата. Себастиан с Ваньей направились к стоявшим чуть в стороне вагончикам. Им встретился мужчина, похожий на начальника.

— Мы ищем Франка Клевена.

Мужчина кивнул и указал на один из вагончиков в центре:

— В последний раз я его видел там.

— Спасибо.

Ванья и Себастиан пошли дальше.

Франк Клевен принадлежал к числу людей, выглядящих живьем лучше, чем на фотографиях. Тонкие черты лица, правда, кожа обветрилась из-за регулярного пребывания на открытом воздухе. Живые глаза, сощурившиеся, как у мужчины на рекламе «Мальборо», когда он за руку здоровался с Ваньей и Себастианом. За все время разговора они ни разу не увидели широкой улыбки с фотографии. Франк Клевен предложил устроиться в его маленьком офисе в одном из соседних вагончиков — там они смогут поговорить без помех. Ванья с Себастианом последовали за ним, и Ванье показалось, будто с каждым шагом по скрипящему гравию его плечи все больше опускаются. Она чувствовала, что они на правильном пути.

Наконец-то.

Клевен отпер дверь и пригласил их зайти. Серый дневной свет проникал в тесный вагончик через два запыленных окошка. Внутри ощущался резкий запах дубильной кислоты. В предбаннике, объединявшем две маленькие комнаты, стояла включенная кофеварка. Франку принадлежала первая каморка. Меблировка состояла из нескольких стульев и безликого письменного стола с множеством чертежей. На стенах кое-где торчали обрывки старого скотча и висел календарь из супермаркета за прошлый год. Франк посмотрел на полицейских, которые, несмотря на предложение садиться, остались стоять. Он составил им компанию.

— У меня плоховато со временем, поэтому надо разобраться побыстрее. — Клевен пытался говорить спокойным голосом, но у него не получилось. Себастиан заметил, что над верхней губой у Франка выступили капельки пота, а жарко в комнате не было.

— Мы временем не ограничены, насколько быстро пойдет дело, будет зависеть от вас, — ответил Себастиан, чтобы еще отчетливее подчеркнуть, что ставить условия они Франку не дадут.

— Я даже не понимаю, почему вы здесь, ваш коллега сказал только, что вам надо со мной поговорить.

— Если вы присядете, моя коллега вам расскажет.

Себастиан посмотрел на Ванью, та кивнула, но стала ждать, пока Франк сядет. После недолгой паузы Клевен решил все-таки пойти им навстречу и сел. На самый краешек стула, точно на иголки.

— Вы можете рассказать, зачем вы останавливались в мотеле Вестероса в прошлую пятницу?

Франк посмотрел на них:

— Ни в каком мотеле я в прошлую пятницу не останавливался. Кто это утверждает?

— Мы.

Ванья замолчала. Обычно в таких случаях человек, которого они расспрашивали, начинал говорить сам. Когда его ставили перед фактом. Конечно, Франку следовало бы понять, что они бы не поехали в Эскильстуну, не имей они железной уверенности. Ему оставалось выбирать между подтверждением или опровержением. Правда, существовал еще третий путь — молчать. Клевен избрал третий вариант. Он переводил взгляд с Ваньи на Себастиана и обратно, не произнося ни слова. Ванья вздохнула и склонилась к нему: