Драмокл подумал и сказал:

– Нам придется вышвырнуть его оттуда. Варвары на двух планетах – это чересчур.

– Я с вами согласна. Но придется немного повременить. Сначала мы должны уладить отношения между собой. Драмокл, я пришлю вам приглашение на мирную конференцию, как только все подготовлю. А вы без задержки пришлете нам деньги в счет репараций, да?

– Вышлю вам чек в тот же день, когда получу счет. Только дайте мне пару недель, чтобы повысить налоги. Народу это не понравится, ну да черт с ним, на то он и народ. Так Лира бросила меня, говорите? Что ж, это даже к лучшему. И где она теперь?

– О, это очень романтическая история, – сказала Анна.

Плотно позавтракав, Снинт с Адальбертом собрались выйти из дома. Лира, новая жена Снинта, задержала их у порога.

– Возвращайся поскорее, милый, – сказала она. – Я приготовлю твое любимое тушеное мясо с печеной картошкой.

Прямо за дверью дома стояла расписная коробка, в которой прислали Лиру. Снинт с Адальбертом вышли за ограду фермы и углубились в лес по тропе, утоптанной бессчетными поколениями коз, гонимых на пастбище бессчетными же поколениями пастушков и пастушек. Короли прошли по тропе около мили. Затем, возле старого каменного указателя, Снинт свернул и повел Адальберта на пригорок. Поднявшись, они увидели внизу леккианский фермерский домик приятных пропорций. Сушильный балкон на втором этаже, рядом с домом – хлев и два навеса для дров и зерна, а вокруг – гектаров семь вспаханной земли, готовой к севу. По краям полей аккуратными рядами тянулись рожковые деревья. Возле самого дома росли лимоны и оливы, а небольшой садик был густо усажен миндальными деревьями.

– Вот он, – сказал Снинт. – Подарок леккианского Совета. Правда, только в пожизненное пользование.

– Он чудесный, – сказал Адальберт. – Прямо и не знаю, что я такого сделал, чтобы его заслужить.

– Вы потеряли свое королевство, напились и очень себя жалели.

– Но у меня не было ни малейшего шанса сделать что-то еще, вы не находите?

Снинт поднял обе руки кверху и пожал плечами в типично леккианской манере.

– Кто знает? Как вы полагаете, сможете управиться с фермой?

– А то! – заявил Адальберт. – Я и на Аардварке немного занимался сельским хозяйством.

– Вы выращивали гритцели, насколько я помню. На Лекке нет рынка сбыта для столь изысканного продукта. У нас тут в основном томаты, огурцы да баклажаны.

– Я очень благодарен вам, – сказал Адальберт, – хотя до сих пор не теряю надежды вернуться когда-нибудь на Аардварк.

Снинт бросил на него сочувственный взгляд:

– Значит, вы не слыхали?

– О чем?

– Пока граф Джон вел переговоры с Драмоклом, Хальдемар высадился на Аарварке и захватил власть. Вас теперь называют «молодым претендентом».

Адальберт задумался, потом улыбнулся:

– Ну что ж, может, роль претендента удастся мне лучше, чем роль короля. Спасибо вам за все, Снинт. Есть еще какие-нибудь новости о войне?

– Самая главная война – леккианская – окончена. Что до остального, то новости в наши края доходят с большим опозданием. Но, похоже, войне пришел конец. Поскольку на небе не видно следов атомных взрывов, можно предположить, что противники уладили свои недоразумения и вернулись к обычной жизни, полной скуки и интриг. Семейные ссоры и ссоры между семьями – вот из чего сделана история. Мы, леккиане, не стремимся творить историю. А теперь мне пора домой. Идите и осмотрите свое новое жилище.

Снинт повернулся и начал спускаться вниз. Адальберт крикнул ему вдогонку:

– А что делает Лира в вашем доме?

– О, это целая история, – ответил Снинт. – Но ей придется подождать своего часа.

И он пошел по тропе, направляясь к дому, – солидный, уравновешенный мужчина, воистину благодатный характер для писателя. На ходу он напевал старинную леккианскую колыбельную:

Два года спустя правители Местной системы решили забыть старые распри, зарыть топор войны и еще раз попробовать пожить в мире, взаимном доверии и добром соседстве. Чтобы увековечить это решение, они затеяли пышное празднество, названное балом примирения. Бал должен был состояться на Эдельвейсе, частном астероиде, где обычно справляли свадьбы и бар-мицвы и спрыскивали вновь образованные военные союзы. Избрав нейтральную почву, правители надеялись избежать недоразумений, омрачивших подобное торжество в прошлом.

К великому событию готовились с большим размахом. Тщательно отобранные поставщики слали звездолеты, груженные изысканной снедью, из всех кулинарных регионов Местной системы. В числе блюд, заказанных для пиршества, были имбирная говядина с глормийского архипелага Седловина, кисло-сладкие яблоки, запеченные в тесте и сбрызнутые кунжутным маслом, присланные с Великих северных равнин Карминосола, а также несравненные крохотные моллюски в соусе из темной фасоли, которые водились только в сырой провинции Дельта на Лекке. Безопасность обеспечивало присутствие одинакового числа тяжеловооруженных звездолетов от каждой планеты. Звездолеты должны были постоянно кружить вокруг астероида, не спуская друг с друга глаз. Бал, решили правители, продлится столько, сколько пожелают его участники: в столь важном мероприятии не место мелочной экономии.