– Саныч, привет, - сказал я жизнерадостно.
– Завязывай бухать, удачное избавление уже отметили, да и морду погладь, пора уже.

– О, Сергуня!
– радостно кинулся обниматься Саныч.
– Где ж ты пропадал, тут же и выпить не с кем было.

– Прекрати бухать, выспись, побрей морду и сходи по бабам, - сказал я, помахав рукой перед лицом в надежде разогнать густой перегар.
– Спеши, выходные заканчиваются.

– Чё?
– удивился Саныч.
– Мы же еще не выпили вместе.

– Светик, - позвал я.

– Доброго утра, капитан, - весело отозвалась Светлана.

– Кто ему бухло давать разрешил?
– строго спросил я.

– Капитан "Ботаника", - как ни в чем не бывало, ответила Светлана.

– Я, что ли?
– удивленно поднял я бровь.
– Нука покажись, хочу в твои бесстыжие глаза глянуть.

– Вам посмотреть или пощупать?
– игриво спросила Светлана.

– Мне побыстрее, - требовательно настаивал я, ухмыляясь во все лицо.

– Готово, капитан, - сказала Светлана, появляясь голограммой в нашей харчевне.

– Рад тебя видеть, сладенькая, - сказал я.
– Кто же все-таки дал этому члену корреспондента алкоголь?

– Капитан, перед уходом в сон ты сказал, что нам всем нужно крепко отдохнуть, - сказала Светлана.
– Саныч тут же и начал крепкий отдых. Ты спал, будить не стали. Вокруг оказалось спокойно, вот я и решила, что пусть уж человек расслабится.

– Ладно, проехали, - беззлобно сказал я.
– Но этому Сириусу больше не наливать!

– Принято, - ответила Светлана.
– Можно ему отрезвляющую терапию сделать через БМКП.

– Это еще что за овощ?
– удивленно вытаращился Саныч на голограмму Светланы.
– Не дамся.

– И не надо, - хихикнула Светлана.
– БМКП, он же "бэмик", он же "бэмс", ну и еще несколько разных вариаций, по сути является сокращением от "блок медицинского контроля и поддержки", а этот овощ уже в тебе.

– Не надо мучить ослика, - пожалел я Саныча.
– Пусть сам придет в меридиан, раз уж его в любое время можно привести в чувство.

– Да. Не надо, - пьяно согласился Саныч.
– Я вообще пойду, злые вы.

– Светик, введи меня в курс дела, - попросил я, - что у нас с "Ботаником", где мы, куда идем, что намереваемся делать, ну и все такое...

– Да, сэр, - Светлана сделала книксен.
– "Ботаник" жив и практически здоров. Аккумуляторы энергии - тридцать семь процентов, запасы биомассы - двадцать четыре процента, основные системы в норме, экипаж отдыхает. Наше местоположение определить так и не удалось. Держим курс на ближайшую звезду, она, кстати, такая же желтенькая как ваше родное Солнце. Дальнейшие планы обсудим, когда экипаж вернется на службу после отдыха.

– Ясно, - я почесал ухо.
– Что там у нас с движками?

– Планетарные и звездные в полном порядке, - Светлана отсчитывала пальчиком такты своей речи, напоминая мне учителя во время изложения новой темы во время урока.
– "Генератор прокола" немного болеет после устроенной ему взбучки, но его состояние можно считать удовлетворительным.

– Что с ним?
– спросил я.

– Из-за скачков немного сбилась настройка, откалибруется сам, - сказала Светлана.
– В теперешнем состоянии будет слегка расфокусирована точка выхода, в общем, не беда.

– Почему так сильно убавились ресурсы?
– спросил я.

– Командир, сам бы догадался, - удивилась Светлана.
– Ты вспомни, что мы творили во время последнего прыжка. Конструкторы этого корабля после такого безобразия нас уморили бы расспросами и обследованиями.

– Как там Стекляшка?
– спросил я.
– Вы бы ему голограмму сделали.

– Мы говорили с ним об этом, - сказала Светлана.
– Но он не хочет принимать человеческий облик, говорит, что слишком странный рисунок.

– Что предлагаешь на счет нашего будущего?
– спросил я.
– Я хотел бы знать и Стекляшкино мнение.

– Для начала мы приблизимся к ближайшей звезде, - Светлана поправила прическу.
– Нужно пополнить запасы энергии и биомассы. С энергией проще, вот биомассу растить будет дольше. У звезды есть три планеты. На какой-нибудь из них может оказаться готовая биомасса, нам подошли бы любые виды органики, даже простейшие. Ну а в глобальном плане нужно поискать каких-нибудь разумных, если не спросить дорогу, то хоть узнать, как называется это место, может, найду какие-нибудь зацепки.