— Побереги силы для дела, ксеноброн. Еще не время для ссоры.

Понимая, что тот полностью прав, Альказ усилием воли сдержался от того, чтобы броситься на техножреца, и, круто развернувшись, быстро зашагал в отведенную им каюту. Вошедший следом за ним верховный плотно закрыл за собой дверь и, подойдя вплотную к койке, на которой сидел Альказ, спросил:

— Что тебя так бесит?

— Все. Меня бесят люди, наша беспомощность, то, что мы никак не можем устранить наступающую опасность. Я уже устал придумывать способы, которые помогут нам спасти империю.

— Ты взял на себя слишком большую ответственность. Один офицер, даже самый лучший, не может спасти целый мир. Это невозможно. Успокойся, приди в себя и делай то, что должен делать, — помолчав, тихо ответил верховный. — Изводя себя тревогой и бесплодными мыслями, ты ничего не изменишь, но отвлекаешь себя от текущих дел. Это недопустимо.

Ответить ему Альказ не успел. Дверь каюты без стука распахнули, и на пороге появился капитан капера Максвелл. Решительно пройдя на середину каюты, он упер кулаки в бока и, не здороваясь, возмущенно спросил:

— Что это значит?

— И вы здравствуйте, капитан, — тут же нашелся верховный. — Что именно вас так интересует?

— По какому праву вы вздумали бросаться на моих людей? Драки на корабле запрещены.

— Тогда научите своих людей держать языки за зубами, если не хотите, чтобы они лишились их вместе с головами, — презрительно фыркнул техножрец. — До тех пор, пока нас не оскорбляли, мы никого не трогали. Но если еще хоть одна тварь, не важно — рядовой или офицер, осмелится произнести нечто подобное в наш адрес, я лично вырву ему сердце голыми руками и как следует напьюсь его крови. Объясните это вашему экипажу, если не хотите лишиться людей.

— Матросам скучно. Они просто пытаются таким образом развлечься, — ответил изгой, заметно сбавив гонор.

— Пусть развлекаются между собой. Высшие офицеры армии Ксены — не мишень для глупых шуток и розыгрышей.

— Я знал, что этот перелет плохо кончится, — проворчал пират, мрачно качая головой.

— А разве он уже закончился? По-моему, мы еще не добрались даже до нужной точки, — пожал плечами верховный. — Держите своих подонков в узде, и никто не пострадает.

— Кстати, где вы сумели так хорошо выучить интер? — неожиданно сменил тему пират.

— Это работа специального прибора, который был разработан нашими специалистами. Объяснять вам принцип его действия я не буду, но скажу только, что чем больше мы общаемся с представителями иной расы, тем больше словарный запас, — ответил техножрец, демонстрируя упомянутый прибор.

— Хотите сказать, что вот эта машинка способна так легко переводить даже специфические выражения? — позволил себе усомниться пират.

— Да. Он напрямую связан с мозгом ксеносов и позволяет нам быстро и правильно воспринимать ваши слова, — кивнул верховный.

— Как это — напрямую? — не понял пират.

— Я же говорил, нет смысла объяснять вам принцип его действия, вы все равно не поймете. Это наши, неизвестные вам технологии. В любом случае вы должны запомнить, что мы понимаем все, что вы говорите, — решительно ответил верховный.

Сидевший на койке Альказ молча сверлил взглядом пирата, мечтая вцепиться тому в горло клыками. В эту минуту он был опаснее самого свирепого зверя. Жажда крови была так сильна, что причиняла ему почти ощутимую физическую боль. Только приказ и чувство долга удерживали его от того, чтобы воплотить это желание в жизнь. Словно почувствовав его состояние, верховный бесцеремонно вытолкал из каюты пирата и, закрыв за ним дверь, тихо сказал:

— Если ты не возьмешь себя в руки, я прикажу ему повернуть корабль обратно.

— Простите, верховный. Я и сам не понимаю, что вдруг на меня нашло, — хрипло прошипел Альказ, покаянно опуская голову.

— Мне тоже тяжело, — неожиданно признался техножрец. — И меня одолевают все те же мысли, что и тебя. Но именно поэтому мы должны держать себя в руках и любой ценой выполнить полученный приказ. Другого выхода у нас просто нет. Все твои измышления по поводу совместного противостояния космическому злу несостоятельны. Мягкотелые никогда не пойдут на сотрудничество.

— Но почему?

— Для них мы — иные. Звери, которых нужно опасаться и изучать. А еще постоянно ждать от них подвохов. Ксенофобия — это их слово, означающее неприятие особи или расы другого вида. Это грубый перевод, но достаточно точно передающий значение этого слова. Странное совпадение, тебе не кажется?

— Вы о чем? — не понял Альказ.

— О словах. Наша планета называется Ксена. Мы, жители этой планеты, называем себя «ксеносы». А у людей слово, обозначающее неприятие таких, как мы, — ксенофобия.