Тепло лизнуло меня за шею. Что-то задело меня за локоть. Я тянулся к пульту контроля самолетом. Еще чуть ближе…

— Финн?

Дым душил меня. Что-то горячее обжигало сзади шею, плечи.

— Сукин сын! — Я шлепал по огню, ползущему снизу моего рукава. Самолет вздрогнул и…

— Эй. — Истон присел на колени рядом со мной, его брови сошлись, и он щелкнул пальцами перед моим лицом. — Избавься от этого.

Он встал и протянул мне руку. Я посмотрел на него так, как смотрит змея перед нападением. Вздохнув, он схватил меня за запястье и потянул вверх.

— Послушай, я знаю, что это трудно, — сказал он. Один из жнецов Небес, мальчик с ослепительно светлыми волосами и алебастровой кожей, прошел мимо нас, придерживая рукой дрожащую душу женщины в платье с цветочным узором. — Ты можешь это сделать. Ты мог это сделать задолго до того, как эти глупые люди попытались научиться летать, и они будут это делать вновь. Поэтому мне нужно, чтобы ты это принял.

Истон медленно вытащил косу из моей кобуры и сжал мои пальцы на ней. Я онемел. Я не мог почувствовать даже лезвие в кулаке. Я не хотел его чувствовать. Я хотел убежать от всего этого.

— Эй. — Истон снова щелкнул пальцами, возвращая меня обратно. — Оставайся со мной.

Я кивнул и сглотнул.

— Хорошо.

Истон улыбнулся.

— Хорошо?

— Да. — Даже не близко к «хорошо», но ложь не чувствовалась слишком неприятной в моем рту. Это было лучше, чем признание того, что я был напуган кем-то, кто сталкивался с Адом ежедневно. Истон кивнул, просмотрел на меня разок и отвернулся. — Эй, Истон?

Он остановился и посмотрел через плечо.

— Ты все еще злишься на меня? — спросил я, желая, чтобы он сказал нет.

Он закатил глаза и стал вращать свою косу между пальцами как полицейскую дубинку.

— Ха. — Он замолчал, обдумывая это. — Но для отчета, я действительно все еще думаю, что ты — придурок.

— Достаточно честно. — Я не думал, что он слышал. Он уже ушел вырывать душу из груди какого-то бедного ублюдка.

Я закрыл глаза и делал шаг за шагом, пока жар не поглотил меня. Я открыл глаза. Огонь лизал, дразнил мою грудь, мою обувь. Кто-то прошел около меня.

— Я должна была взять уже трех детей, — сказала Аная. Она прикусывала нижнюю губу. — Я не знаю, как ты делаешь это.

— Я стараюсь не думать об этом.

— Тогда вот что тебе нужно здесь сделать.

Я посмотрел на самолет.

— Знаю.

— Всегда пожалуйста, между прочим, — сказала она. — Так будет намного легче сейчас, убрав все тайны.

— Всегда пожалуйста? — Я уставился на нее. — Ты понимаешь, насколько она прямо сейчас на меня злится?

— Она справится. Поверь мне. — Аная протянула мне руку. Она была настолько маленькой и тонкой по сравнению с моей, ее кожа была более темного оттенка. — Пошли, — сказала она. — Мы сделаем это вместе.

Я уставился на мерцающее серебро, которое циркулировало как дым, где наши ладони соприкасались, и глубоко вздохнул. Я не нуждался в этом, но я хотел этого. Если после семидесяти лет я не смог забыть то чувство, когда плоть тает с костей, я не думал, что смогу когда-либо избежать тех воспоминаний. Я сжал руку Анаи и ступил в огонь.

Эмма

Кэш вошел в мою комнату, держа кружку горячего шоколада. Я могла чувствовать запах отсюда, сладкий и богатый, смешивающийся с прохладным ароматом мяты.

— Ты как? — спросил он.

— Я в порядке, — сказала я, откладывая книгу, которую читала. — Знаешь, тебе не нужно постоянно контролировать меня. Я большая девочка.

— Эй, тебе повезло, что я не поставил раскладушку и не пристроился тут после того, что случилось в последний раз, когда я оставила тебя одну. — Он пытался шутить, но у него не получалось. Я знала, что он был серьезен. Что он чувствовал ответственность. И я ненавидела себя за то, что заставляла его так себя чувствовать.

Я сжала пальцы вокруг его руки.

— Это не твоя вина.

Он покачал головой.

— Ты была расстроена. Я не должен был позволить тебе так убежать. Если бы я пошел прямо за тобой, то у того парня не было бы шанса…

Мое горло сжалось. Еще ложь. Я должна была сказать ему тоже самое, что я сказала полицейским. То, что какой-то парень под наркотиками напал на меня в том туалете и вылез через окно. Если бы я рассказала им правду, что это была Мэв, я бы оказалась в Брукхейвене прямо сейчас. Я уже настолько устала от лжи. Устала от лжи Финна. Устала от моей собственной лжи.