— Я бы чувствовал то же самое.

Он посмотрел на меня с любопытством.

— Они... они были живы? — спросила Кэт.

— Это не имеет значения, — отрезал я. И это было правдой. Ничто из этого не имело значения сейчас. — Это чушь собачья. Все это. — Мои пальцы сжались в кулаки на кухонном столе. — Чего ты хочешь, Итан? Зачем? Ты хочешь завоевать мир или что-то в таком роде?

— Мировое господство? — усмехнулся Итан. — Это так банально. Так чертовски глупо. Я даже не думал об управлении этой планетой, да и вообще любой планетой.

Я поднял брови.

— Моих родителей убили, Деймон. Но ты уже итак это понял, когда узнал, кем я являюсь, и я уверен, что Нэнси сказала тебе... Ну, половину правды. — Итан сложил руки на коленях. — Я был частью первой группы Истоков, пока Дедал не возглавила молодая Нэнси.

Частью первой группы? Да, если то, что Нэнси сказала о них, было правдой, у первой группы действительно не было большой свободы в действиях.

— Когда они поняли, что мой отец мутировал мою мать, они захватили их. Начали проводить эксперименты. Какая бы любовь у них ни была, она была разрушена тем, что с ними сделали, что заставляли их совершать. Включая мое создание, — объяснил он без эмоций. — Я был частью ограниченной группы Истоков, и я вырос в лаборатории.

— Это отстойно.

Снова появилась эта жесткая улыбка.

— Ты даже понятия не имеешь. Я жил многие годы, зная, что они могли отнять мю жизнь, если я сделаю неправильно всего одну вещь. Снова и снова, я смотрел, как других Истоков — слишком молодых, чтобы понимать, кем они являлись — забирали. После этого их никогда не видели. Их убивали. А затем я увидел, как они убили моих родителей за нарушение, которое совершил я.

Мои руки, черт, да все мое естество зудело от того, что он сказал в конце.

— Как я уже сказал, это отстойно. Но я не понимаю, зачем ты рассказываешь это мне.

— Не понимаешь? — рассмеялся Итан, впервые настоящая эмоция появилась на его лице. — Я жил в лаборатории Дедала, пока не стал достаточно взрослым для размещения за ее пределами, в контролируемой позиции. Но не так, как были размещены сенаторы или доктора. Нет. Меня разместили в общине Лаксенов, приказав наблюдать за ними. — Он засмеялся. — Как будто я мог бы помочь им с чем-то. Или любой Исток моего класса смог бы.

— Класса?

— Да. Было примерно пять классов. Я был частью первого. Твой друг снаружи из второй партии, и было еще три.

Я полагал, что последними двумя были Люк и те чокнутые дети.

— Все Истоки из твоей группы похожи на тебя?

— Похожи на меня, — фыркнул он, качая головой. — Ты имеешь в виду, хотят ли они того, чего хочу я, или не под контролем Дедала ли они до сих пор? Один ответ на оба вопроса. Истоков невозможно контролировать. Мы практически самые близкие создания к богам.

Вау, сказала Кэт одними губами.

— И те, кто покинул наш класс — их было всего несколько — хотят то, что я делаю.

Кэт подалась вперед, скользя руками со стола.

— Несколько? Многие ли не покинули ваш... ммм, класс?

Его взгляд скользнул к ней, и мне это не понравилось. Ни капельки.

— Когда вы сбежали от Дедала и сделали те вещи в Вегасе, Дедал начал проводить чистку — искореняя Истоков.

Она нахмурила брови — Они сказали, что начали только когда прибыли Лаксены.

— И ты веришь во все, что говорят люди? Конечно, веришь, потому что ты одна из них. — Он усмехнулся, его отвращение было очевидным, и он начинал по-настоящему бесить меня. — Они начали проводить зачистку, когда вы решили разнести Вегас. По всех стране мы умирали, как мухи, а теперь пришла пора заканчивать это.

— Заканчивать это. — Я начал понимать, куда он клонит. — Ты нашел способ связаться с Лаксенами, которые были извне.

— Мы работали в пути, и лишь открыли дверь для них, если можно так сказать.

Это было идеальное время. — Он развел руки. — И вот мы здесь. Большинство Лаксенов — которые уже здесь и которые скоро прибудут — ответили мне. — Его улыбка стала еще шире. — Я могу быть очень убедительным.

Кэт посмотрела на него. Секунды тикали.

— Ты терпеть не можешь людей.

— Ненавижу их, — подтвердил он. — Они мне противны. Они слабы и хрупки.

Они непостоянны и опасны. Они заслуживают все, что с ними происходит. Лаксены хотят править ими, и они будут. Они уже почти управляют, и по мне, это хорошо. Меня не заботит, что они делают, так долго, пока люди страдают и испытывают все, через что прошел я.