Резко встав с кресла, он бросил пульт телевизора на стол. В голове уже четко выстраивался план. План, требовавший всего его опыта, знаний и возможностей.

«На этот раз все получится. У меня в запасе еще есть время» – подумал он, нажимая кнопку вызова персонала пансионата.

Егор вспомнил об обещании съездить на дачу к матери пострадавшей девушки только к концу рабочего дня. Утром, войдя в свой кабинет, он напрочь забыл и о взрыве и о своей сломанной машине. За длинным столом, изредка обмениваясь короткими фразами, сидели его опера и пытались без него провести плановое совещание. Увидев их похоронные лица, Беркутов понял, что у них опять очередное ЧП.

– Что у нас на этот раз? Коля?

Николай Павлович Курков, «Палыч», мрачно глянул из – под густых бровей на начальника.

– А у нас, заметь, не в первый раз, «серия» намечается. Только наш район. Патриот, понимаешь, нашелся, Кировского района, трупы бензином поливает, костер устраивает. А девушки все, как одна, красивые и умненькие, гордость и радость родителей. Без порочных наклонностей, у каждой официальный жених имеется. А он их бензином – и в костер.

Беркутов вопросительно посмотрел на самого молодого в их отделе – Олега Панина. Тот протянул ему пачку фотографий. С трех снимков улыбались девичьи лица, хорошенькие и смешливые. На трех других были сняты обуглившиеся останки человеческих тел.

– Эти три девушки пропали в течение последней недели, одна за другой, через день. Родители первой, Кати Семеновой, подняли на ноги всех соседей, которые с фонарями, поздно вечером, обошли все окрестные дворы и стройки. На одной из них, около наваленных кучей бетонных плит, собака одного из соседей обнаружила сгоревшее тело. То, что это пропавшая девушка, поначалу никому не пришло в голову. Хозяин овчарки вызвал милицию, а остальные продолжили поиски. Уже после того, как труп увезли, та же собачка у самого забора обнаружила белую дамскую сумочку. Чуть подальше, на куске картона, стояли белые босоножки. Родители Кати Семеновой опознали сумку и туфли своей дочери.

Через день, уже на другой стройке, был найден еще один труп, сожженный до неузнаваемости. Недалеко от него аккуратно, на газетке, стояли туфли, и лежала сумочка. В обеих сумочках все было на месте, вплоть до денег и кредитной карточки Кати. Версия с ограблением отпадала.

Вчера ночью сторож еще одной стройки, обходя территорию, нашел еще один труп.

– Егор, звонили сверху, отец Семеновой не последний человек в городе, он один из самых крупных застройщиков, кстати, эти стройплощадки тоже его. Обещали самую широкую поддержку.

Беркутов поморщился. Работать под давлением не любит никто. А ежедневные звонки начальства теперь обеспечены.

– Олег, возьми на себя сторожей и припозднившихся рабочих. Что видели, во сколько ушли. Палыч, договорись на встречу с Семеновым. Аккуратно расспроси, где набирает рабочую силу, много ли гастарбайтеров, где они ночуют и откуда приехали. Думаю, молчать он не будет. Олег, девушки все студентки?

– Уже да. То есть, только что поступили.

– А куда?

– Две – в госуниверситет, одна, как раз Катя Семенова, в – плановую академию.

– Кроме того, что студентки, что у них еще общего?

– Красивые простой славянской красотой. Фигуры и рост примерно одинаковые. Одеваются со вкусом. Все в тон. Красятся, как говорят родители, в меру. Парень Кати, скорее даже муж, они живут вместе уже год, рассказал, что Катя в последнее время просила ее не встречать с работы. Он купил ей шокер, и был за нее спокоен.

– С какой работы?

– Она работала промоутером. В переходе метро. Это девочки в фирменных костюмчиках, которые рекламируют товар.

– А зачем ей это нужно? Я имею в виду, работать, при таком папе?

– Независимая очень. Самостоятельная.

– А остальные?

– Одна рекламировала плавленый сыр в супермаркете, другая – сигареты в торговом центре.

– Интересно…

– Да, очень. Только непонятно, от чего у этого «патриота» крышу снесло, от фирменных платьиц или от красоты девочек.

– Поймаем – спросим.

– Нет, если поймем его, тогда и поймаем.

Беркутов вдруг вспомнил о девушке Марине из метро и взрыве. «А ведь она тоже стояла за прилавком в фирменном фартучке. И еще – она только что куда – то поступила. И красавица редкостная. Так, у меня паранойя. Или нет?» – Егор Беркутов, вояка со стажем, видевший, как ни за что умирают ровесники этих девушек, неожиданно для себя испугался до гула в голове.

– Егор, что с тобой? – Палыч озабоченно потянулся к графину с водой. Вид резко побледневшего начальника удивил его.

– Все нормально. Я сегодня попал «во взрыв».

– Это в метро, что ли?

– Да. В подземном переходе.

– А ты там как оказался? Или опять твоя «лошадка» взбрыкнула?

– Вообще не завелась. Как проклял кто. Только из сервиса забрал, мужики с ней два дня бились, вроде поехала, а сегодня опять встала.

– Продай ты ее к лешему. Тебе проблем мало в жизни?