Жалкая жизнь, утратившая право быть, и бессмысленная смерть. Идея, революционная карьера, террор, жертвы — в либеральное пореформенное время казнили убийц.

Я не могу быть справедливым к Дмитриевскому. Мы видели его «счастье». Мы видели, как победители занимали кресла Их Превосходительств, чтобы повторить «путь наверх». Мечтатели, которые своими и чужими жизнями мостили путь, опять проиграли.

Эталон утопического коммунизма хранит каинову печать. По-иному быть не могло: слишком он напоминает рай, а рай был придуман рабами и для рабов.

«За добро платили добром, потому что зла нигде не было. Военных преступников переработали на мирные нужды, а милитаристы перевоспитались и охраняли мир. У всех все было, поэтому никто ничего не воровал, и тем не менее все работали. Не дрались, не пили, не курили, не ругались, а врали только из гуманизма»(3).

Построенный «мир великой мечты» скучен невообразимо, и вот уже черный звездолет «Хана всему» бесчинствует во Вселенной.

Классическая утопия, порождение шестидесятых…

А если мир будущего не только сложен, не только прекрасен, но необычен и страшен? Страшен, потому что не является миром мечты рабов.

Потому что неустойчив, балансирует на грани катастрофы. Потому что это мир свободы, немыслимой без риска. Потому что он требует от человека гораздо большего, чем мир существующий.

Точка отсчета зафиксирована.

Рассказ кончается: Валерьянка находит в холодильнике ананас и шоколадный торт.

1. Из современной ирландской поэзии: Сб. Пер. с англ. — М.: Радуга, 1983.

2. Акутагава. Новеллы. — М.: Художественная литература, 1974.

3. Веллер М. Хочу в Париж: Сб. рассказов. — Рукопись.

4. Солженицын А. Архипелаг ГУЛАГ. — «Новый мир», 1989, №№ 8-11.

5. Стенографический отчет о первой сессии Верховного Совета Союза ССР. (Заседание второе. 10 июня 1989 г.) — «Известия», 1989, № 163.

6. Соргин В. Интервью. — «Аргументы и факты», 1989, № 37.

7. Муравьев В. Предыстория. — В кн.: Толкиен Д. Р. Р. Хранители. М.: Радуга, 1988.

8. Оруэлл Д. 1984. — «Новый мир», 1989, №№ 2–4.

9. Лазарчук А. Опоздавшие к лету. — Рига.: Астрал, 1990.

Анахронизм: ажиотаж вокруг «звездных войн» благополучно закончился в восьмидесятых, когда в стране появились видеокассеты; рокеры, возможно, доживут до полета к Марсу, который американцы планируют на 2019 год, но название сменят по крайней мере трижды. Б. Штерн сознательно не хочет привязывать героев к определенной дате.

Он использует грамматическую форму настоящего продолженного времени: действие длится, и неизвестно, когда закончится. События, изображенные в «Записках динозавра», всегда происходят сегодня.

«…содержимое нашего эшелона в переводе на послевоенные годы стоило побольше всей танковой армии Гудериана»(1).

«Это свет Человеческого Разума. Это он привел тебя в могилу. Брось его»(2).

«…газовые атаки — по науке; Майданеки и Освенцимы — по науке; Хиросима и Нагасаки — по науке. Планы глобальной войны — по науке, с применением математики»(3).

«Доказательство верности теории можно получить лишь в том случае, если события будут идти своим чередом и произойдет предсказанная катастрофа»(4).

«Мне не раз приходилось здесь слышать, что точная наука берется разрешить все проблемы человечества… Чудовищная стоимость, сложность и энергетическая потребность ваших приборов давно превысили истощенные производительные силы планеты и волю к жизни ваших людей!»(5)

«Вначале была длинная цепь наблюдений, рассуждений, анализов, затем снова наблюдений — над реальной обстановкой, затем отвлеченные вычисления, решение уравнений, выведенных великим Максвеллом в прошлом столетии, и в результате — точный математический расчет, который показал, что для уничтожения фирмы Крафштудта необходим… карандаш 5Н! Разве не удивительная наука теоретическая физика?!»(6)