— Когда Михаил собирался отдавать деньги? — спросила я.

— Четвертого августа. Прошло уже две недели, а денег я не вижу.

— А при чем здесь Галя? — спросила я. — У нее-то этих денег нет.

— Меня это мало волнует, — пожал плечами Олег Петрович. — Кто наследует Михаилу? Его жена. Вот пусть она и рассчитывается. Ждать я больше не могу. Она может, в конце концов, продать квартиру, поискать деньги в другом месте… Меня интересует одно — чтобы мне вернули долг. Кстати, мы и сами можем продать квартиру. Тогда надо, чтобы Галина оформила жилплощадь на меня.

— А куда же ей потом деваться?

— Это уж не мои проблемы. Пусть едет жить к родителям, переезжает в другой город. Я сделал людям добро, дал взаймы денег, что мало кто делает в последнее время. Чего ради я должен терять такую сумму? Поступим таким образом — через полчаса Галя должна быть здесь, и пусть она сегодня же решает все финансовые вопросы.

— Это невозможно, — произнесла я.

— Почему?

— Потому что невозможно, и все. И вообще, мне давно пора было указать вам на дверь, но я почему-то этого не делаю, все пытаюсь уговорить вас. Последний раз прошу дать Гале еще неделю. Возможно, деньги найдутся, ведь не могли же они исчезнуть без следа. Ей легче расплатиться с вами, чем оставаться без квартиры и прощаться с жизнью. Где-то они ведь лежат, эти деньги, если Михаил собирался расплатиться точно в срок. Значит, зависли где-то, и нам придется покопаться в завалах.

— Нет! — покачал головой Олег Петрович, холодно глядя на меня.

— Почему — нет?

— Потому что это невозможно. Невозможно, и все.

Я усмехнулась.

— Зачем же повторять за мной мои слова? Своих нет, что ли?

— Разговор закончен. Алеша, ты что-то хотел сказать девушке?

Треугольный шрам оказался прямо у моего лица. Пахнуло тухлым мясом.

— Слышь, ты, сучка! Тебе ясно сказали: девка должна быть здесь. Пусть кладет деньги на стол, и точка. Хватит базаров.

Рука потянулась к моему горлу. Ладно, начнем разговаривать.

Я перехватила его правую кисть с короткими жесткими волосками, вывернула бандиту руку и швырнула его на стену.

До стены Алеша не долетел, зато журнальный столик разлетелся на части. Крышка под тяжестью его тела рухнула вниз, а ножки расползлись в разные стороны.

Поверженный бандит вскочил на ноги, но я нанесла ему удар ногой в подбородок.

На этот раз столик был разбит на мелкие составные части и ремонту больше не подлежал.

Двое других парней бросились ко мне на подмогу Алеше, но я разбросала их в разные стороны, наподдав небритому как следует ботинком по копчику.

— Браво! — Олег Петрович демонстративно захлопал в ладоши. — Моя команда не выдержала натиска и подняла белый флаг.

— Вон отсюда! — Я указала пальцем на дверь. — Только из уважения к вашему возрасту я оставлю вас в покое. Но чтобы запаха вашей вонючей компании не было в этом районе.

Бандиты собирались броситься на меня одновременно и таким образом попытаться взять реванш, но в моих руках появилась граната «Ф-1».

Парней это отрезвило. Моя граната всегда так действует — на врагов отрезвляюще, а на меня — вдохновляюще. Я спокойно разогнула усики.

— Ты что — рехнулась?

— Совсем нет. Несколько секунд, и проблема с десятью тысячами долларов будет решена. Ни кредиторов, ни должников.

— Неужели сама себя взорвешь? — невозмутимо спросил Панин.

— Я не в первый раз в такой ситуации, уже привыкла. Когда-нибудь настанет момент, когда граната взорвется у меня под ногами. Я уже смирилась с этой мыслью.

— Она сможет… Я таких знаю, — сказал старик, поднимаясь с дивана. — Не торопитесь, ребятки… Значит, наше время еще не пришло. Помните, что говорится в известной поговорке? Хорошо смеется тот, кто… ну и так далее. Девочке хочется войны, и она ее получит. Правда, первая атака захлебнулась, и войскам придется отойти. Но шутки закончились, пора переходить к делу. Пока, Женечка… Скоро ты пожалеешь о том, что связалась с Паниным. Лучше без промедления составляй завещание и заказывай ритуальные принадлежности.

— Вон! — Я повысила голос, подняв руку с гранатой выше, будто уже решилась на то, чтобы бросить ее в толпу неприятеля.

Олег Петрович неторопливо направился к выходу, сделав знак своим «шестеркам». Те поплелись следом, бросая на меня злые взгляды.

Дверь захлопнулась, и я в изнеможении опустилась на стул. Мне было не по себе. Если хотите — жутковато…

Итак, что мы имеем на сегодняшний день? С одной стороны, молодую женщину, которую заставляют выплатить долг. Причем долг реальный, существующий, оформленный в нотариальной конторе. Я даже запомнила имя нотариуса, заверявшего сделку, — Павлова Ольга Васильевна. С другой стороны у нас — силы криминального характера, требующие возвращения долга. Для меня силы криминального характера — это люди, которые имеют деньги, чтобы нанять убийц, насильников и садистов для совершения определенных действий. Если быть честной до конца, то не так уж ребята и не правы. Вам понравится, если кто-то возьмет у вас в долг денег и не будет возвращать? То-то и оно.