Мы дошли до моей машины, и Гордон по-хозяйски посадил меня на пассажирское кресло, а сам сел за руль. Громкий рык моего мотора окончательно привел меня в чувства.

— Я сама доеду, — слабо сказала я.

— Не говори глупостей, Мия, — упрямо пробормотал Гордон, и машина тронулась с места.

Не желая больше говорить с ним, я откинулась на спинку кресла и закрыла глаза. Домой мы доехали за считанные минуты, потому что Гордон водит машину как ненормальный. Дэниэл бы не за что бы так быстро не поехал…

Вспомнив о Дэниэле, мне стало хуже. Голова закружилась, перед глазами все превратилось в одно смутное пятно, потому что слезы вырывались из глаз. Пришлось отвернуться к окну, чтобы Гордон не увидел меня ревущую, и не задал мне сотню вопросов.

Машина остановилась, повисла гробовая тишина. Я была не против тишины, но хотела поскорее избавиться от Гордона. Мне хотелось сейчас побыть одной, разобраться в своих мыслях, разложить все по полочкам, чтобы в голове не было беспорядка.

— Спасибо, что подвез, — поблагодарила я, открывая дверцу.

— Не за что, — отозвался Гордон. Он опередил меня и быстрее выбрался из машины. А вот мне пришлось немного повозиться, так как из-за того, что я резко встала, у меня закружилась голова, и я упала обратно на сидение. Но Гордон появился тут как тут и помог мне выбраться из машины.

Он помог мне дойти до дома, где из рук Гордона я попала в руки мамы.

— Что с ней? — тревожно спросила мама у Гордона, обнимая меня за плечи. — Господи, какая ты бледная, — обратилась она ко мне.

— Мие стало плохо на философии, — пояснил Гордон. — Я отвез ее домой.

— Спасибо тебе! — проговорила мама. — Ты можешь идти.

— Может, мне остаться? — Гордон обратился не к маме, а ко мне.

— Нет, иди, — пробормотала я, хватаясь за ручку двери своей комнаты.

— Ладно, — неуверенно промямлил он. — Пока, Мия. До свиданья миссис Эндрю.

— До свидания, Гордон, — попрощалась мама с ним, и я услышала, как он спускается по лестнице.

Убедившись, что Гордон, наконец, ушел, я вздохнула с облегчением. Посмотрев на маму, я постаралась не выглядеть слабой. Мне на самом деле стало лучше, когда Гордон ушел.

— Спасибо, мама, — я выдавила крошечную улыбку. — Ты не будешь возражать, если я немного посплю?

— Нет, конечно! — удивленно промолвила мама. — Отдыхай, набирайся сил, а то ты такая бледная, что смотреть на тебя больно…

Я согласно кивнула и зашла в свою комнату. Мама убедилась, что я не упаду и ушла, а потом я закрыла двери. Последние силы ушли на то, чтобы доползти до кровати. Даже не раздевшись, я упала лицом на подушку и моментально провалилась в глубокий сон.

Я проснулась, когда было уже темно. Похоже, мой график разрушился, как и моя прежняя жизнь. Я ерзала в постели, прислушиваясь к свисту ветра, как капли дождя стучат по окнам.

Часы показывали час ночи.

Сколько же я проспала?

Вглядываясь в темноту, мое воображение стало вырисовывать разные фигурки. В детстве я всегда представляла себе, как какая-нибудь ветвь дерева превращается в руку с когтями и тянется ко мне, чтобы схватить меня за горло.

Я рассмеялся над собственными воспоминаниями, и кровать затряслась от моего смеха. Мой хохот стал истерическим и закончился он тем, что я чуть не упала с кровати. Сначала плачу, а потом смеюсь…

Когда я услышала странный шум, исходивший из коридора, сначала я подумала, что мое воображение сыграло со мной злую шутку. Но когда этот грохот повторился вновь — я действительно перепугалась не на шутку.

Я свесила ноги с кровати и встала. Немного постояв на месте, я ждала, когда пройдет легкое головокружение, потому что мне не хотелось упасть где-нибудь по пути. Когда я убедилась, что чувствую только слабость, я подошла к двери и открыла ее. Никого в коридорчике я не увидела.

Точно, мне уже кажется, что в доме кто-то ходит… Отлично, пора звонить в психушку!

Собираясь закрывать двери, мой человеческий слух уловил еще один звук, только теперь он исходил от лестницы. Конечно, любопытство победило страх, и я высунула голову, чтобы еще раз убедиться, что в доме никого нет, и я просто схожу с ума.

Как я и предполагала, на лестнице тоже никого не было. Однако вместо того, чтобы зайти в комнату, закрыть двери, лечь в кровать и уснуть — я вышла в коридор, неуверенно прислонившись к стене. Двери я оставила открытой, чтобы в случае чего успеть забежать в комнату.

Почему-то мне снова вспомнились детские страхи. Мне было лет восемь, когда я по-настоящему боялась темноты и шорохов. Когда я ложилась спать — мне постоянно слышался чей-то шепот, странные шорохи. Сейчас я чувствую себя так же. Мое воображение действительно разыгралось. Правда, сейчас глупо бояться всего этого. Ведь мне, как-никак, скоро будет восемнадцать лет! Пора бы забыть про глупую боязнь темноты.