– Так, все, Тим, валим отсюда.

Однако мне никто не ответил. Тимофея нигде не было. Куда он мог деться? Я выбежала на дорогу, посмотрела в одну сторону, в другую, и ничего. Было два варианта. Либо он пошел домой, либо решил сбежать от меня. Тут мне вспомнилось его желание, несмотря ни на что, ехать в университет. Может, Тимофей отправился именно туда? И вряд ли он сделал это из-за практических занятий. Было что-то другое. Осмотревшись еще раз, я быстрым шагом пошла в сторону шоссе. Свидетелей не было. Дорогу с обеих сторон заслоняли густой кустарник и деревья, а дома находились ниже дороги под склоном насыпи. Слева дамба Волги, огороженная сетчатым забором. Территория принадлежала водозаборной станции и находилась под охраной, поэтому со стороны дамбы зрителей тоже не наблюдалось. Метров через пятьсот на обочине дороги в пыли я увидела след от подошвы ботинка, наподобие которых носил Тимофей. След свежий, четкий, следовательно, парень ушел недалеко. Я прибавила шагу и достала из кармана сотовый.

– Алло, милиция. Хочу сообщить, что несколько часов назад у меня угнали машину…

Выйдя на перекресток, я посмотрела направо и увидела Тимофея. Парнишка спокойно садился в такси. Я бросилась в сторону машины, замахала руками, но водитель, похоже, не обратил на мое поведение внимания. Такси рванулось с места, вклинилось в жидкий транспортный поток и начало удаляться. Выругавшись, я стала тормозить машины, однако, как назло, никто не останавливался.

Наконец удалось остановить какой-то навороченный «Лендровер».

– Что, красавица, какие-то проблемы? – поинтересовался водитель-кавказец через окно, склонившись с водительского сиденья.

Время на разговоры тратить было некогда, поэтому я молча быстро сунула руку через открытое окно в салон, подняла кнопку блокиратора, распахнула дверцу и запрыгнула на пассажирское сиденье. Водитель попытался было заблокировать дверь, но опоздал. Я оказалась проворнее.

– Эй, ты чего делаешь? – спросил он со страхом и недоумением.

– Гони, – скомандовала я грозно и, демонстративно достав револьвер, сделала вид, что проверяю патронник.

– У меня нет с собой много денег, – начал заикаться водитель с ужасом в глазах, – возьми все, что есть. Бумажник, сотовый, часы и машину, только не стреляй.

– Я сказала, вперед! – Мой свирепый рык заставил его пошевелиться. «Лендровер» тронулся с места и покатил по дороге, плавно набирая скорость.

– Давай быстрее, – подбадривала я, вглядываясь вперед. Такси Тимофея почти скрылось из виду.

– Ты меня убьешь? – спросил водитель нервно.

– Нет, просто делай все, что я говорю, и с тобой ничего не случится, – пообещала я.

– Меня убивать нельзя, я большой человек, у меня много связей, – предупредил на всякий случай водитель.

– Жми! – приказала я, впившись глазами в дорогу. Понемногу мы догоняли такси беглеца. На очередном светофоре от нашей машины до него оставалось метров тридцать. Я указала рукой вперед и бросила водителю «Лендровера»: – Видишь впереди вишневую «четырнадцатую» с шашечками? Так вот, следуй за ней, но слишком не приближайся, чтобы они не заметили слежку. Ясно?

Водитель послушно закивал. Я спросила, как его зовут, и тот ответил, что его зовут Роликом.

– Это от сокращенного Роланд? – уточнила я, пытаясь немного снять напряжение водителя, чтобы тот перестал дергаться и не натворил глупостей.

– Нет, Ролик, это такое имя и есть, – пробормотал он себе под нос, – полностью Ролик Махмудович Аликберов.

– Ясно, – кивнула я, наблюдая за маячившим впереди такси. – У тебя отличная машина, Ролик. Мне очень понравилась. – Говоря, я занялась своей внешностью. Достала из сумочки помаду, ватные диски, тушь. Взрывы и перестрелки негативно сказались на моем макияже, и срочно требовалось все исправить.

– Я же сказал, ты можешь ее взять. Я другую себе куплю, – поспешно заверил водитель «Лендровера».

– Расслабься, я не собираюсь тебя грабить. – Мои слова подействовали на Ролика успокаивающе, но он все равно не мог понять, кто я такая и что мне нужно. Револьвер лежал на коленях. И только благодаря виду оружия между нами сохранялся паритет силы. Ролик не пытался оказать сопротивления, но было ясно, что как только я покину машину, он примется звонить в милицию, наговорит всяких глупостей, заявит, что его пытались убить или похитить. Чтобы этого не произошло, я выждала момент, когда стало точно ясно: Тимофей на самом деле едет к университету и до учебного учреждения остается один квартал, затем порылась в сумочке, нашла там фальшивое удостоверение следователя УВД и сунула его под нос Ролику.

– Так ты из милиции? – с недоверием вымолвил он, расширенными глазами рассматривая корочки.

– Следи за дорогой, – прикрикнула я на него и убрала удостоверение, – я преследую опасного террориста. Об этом никто не должен знать. Если откроешь рот и сорвешь мне все, то я позабочусь, чтобы тебя упрятали в каталажку как пособника. В управлении говорят, что я излишне жестока, только они еще не знают, насколько действительно я могу быть жестокой. Уяснил?

– Да, уяснил, – кивнул водитель.