Идя по обочине дороги, я обходила небольшие лужицы, образовавшиеся после ночного дождя, и уже с ужасом представляла, как в центре будет парить. "И что за погода идиотская! Здесь уже дышать нечем, а в центре вообще начну сходить с ума. Достала эта жара с кратковременными дождиками. Или уже пусть бы солнце жарило, или же хорошие дожди прошли и принесли прохладу. Чувствую себя как в парной", - с недовольством думала я, ощущая, как по спине уже побежала струйка пота. "А в автобусе и метро будет ещё хуже" - услужливо подсказало подсознание, и я поморщилась. "Денёк обещает быть прелестным. Сначала мысли о жизни и парнях добавили "весёлых" красок в повседневность, теперь ещё и жара раздражает. А ведь это только утро. Надеюсь, ничего особенно поганого сегодня не случится", - пронеслось в голове, и в этот момент вдалеке появилась машина. Она стремительно приближалась ко мне и сразу привлекла внимание. "Хм, кто-то богатенький заблудился? Или решил погонять на пустой дороге? Везёт же некоторым! Забот других с утра нет, как езда на бешеной скорости", - с завистью подумала я, слушая рёв мотора.

Внезапно что-то громко хлопнуло, и от неожиданности я дёрнулась и присела, а потом раздался визг тормозов и машину начало крутить по дороге. От ужаса происходящего я не могла заставить себя шелохнуться и с открытым ртом наблюдала, как водитель пытается взять контроль над машиной.

"Похоже, у него лопнуло колесо", - отстранённо выдало подсознание. "На такой бешеной скорости это практически - смерть. Машина неуправляема. Похоже, сейчас я стану свидетелем того, как кого-то расплющит о бетонный забор. А может, и хуже".

Сердце на секунду остановилось в груди, а потом понеслось вскачь и, пискнув, я загнанно оглянулась по сторонам, ища укрытие. "Мне конец! Если водитель не справится (а он точно не справится), и машину понесёт на меня, то мои остатки хоронить будут в закрытом гробу после того, как отскребут их от забора и капота", - поняла я, глядя на бетонные ограждения вдоль дороги.

Понимая, что остаётся полагаться только на судьбу, я прижалась к забору и, закрыв глаза, взмолилась: "Пожалуйста, пусть меня пронесёт! Умоляю! Пусть машина проскочит мимо!".

Казалось, время остановилось. В голове пульсировала только одна мысль, и я, как никогда, хотела жить, а в уши въедливо бил рёв приближающегося мотора и визг неуправляемой машины, вкупе с гулкими ударами моего сердца. Дыхание перехватило, и перед глазами пронеслась вся моя недолгая жизнь, а потом мир взорвался. Скрежет металла больно отдался в ушах, и я сжалась, ожидая самого худшего и уже прощаясь с жизнью.

Но ничего не произошло. Вокруг стало настолько тихо, что это ещё больше испугало. "Это я умерла уже или просто оглохла?". После той какофонии звуков, что секунду назад болезненно давила на уши, тишина вселяла ужас.

Глубоко вздохнув, я приоткрыла один глаз. Увидев полоску дороги, я чуть не закричала от радости, понимая, что жива и, открыв глаза, оглянулась по сторонам, ища машину.

Представшая картина заставила меня вздрогнуть. Автомобиль таки впечатало в забор на противоположной стороне дороги, и зрелище было ужасным. "Меня пронесло. А вот водителя - нет", - сразу поняла я, увидев полностью смятый перед машины, лопнувшие стёкла и искорёженный кузов.

Страшась представить, что могу увидеть в остатках салона, мне захотелось убежать и забыть обо всём, но совесть не позволяла это сделать. "А вдруг человек ещё жив? Может, подушки безопасности его спасли? Машина ведь дорогая, а значит - они там точно есть. Может, не всё так плохо? Сейчас быстро вызову скорую, и всё", - пообещала я себе, подходя на негнущихся ногах к машине. "Главное, не рассматривать человека пристально, иначе кошмары обеспечены. Хотя, после такого, про нормальный сон надолго можно забыть, и без вида окровавленных тел".

Пытаясь трясущимися руками достать из сумочки телефон, я подошла к машине и, глубоко вздохнув, заглянула в салон. И тут же пожалела об этом. К горлу моментально подкатила тошнота, потому что подушки безопасности не спасли водителя.

Зрелище ужасало, и я оцепенела, не в силах отвести взгляда от человека, сидящего за рулём. Вместо лица было месиво - разбитый нос и окровавленные губы, со лба струилась кровь, а на голове виднелась открытая рана. Даже возраст определить из-за ран не представлялось возможным.

– О Боже, - выдавила я, стараясь сдерживать в желудке свой скудный завтрак, который усиленно просился наружу.

Ниже смотреть я боялась и, с трудом, заставив себя отвести взгляд, закрыла глаза. "После такого не выживают", - пронеслось в голове. "Но всё равно надо вызвать скорую".

Опасаясь второй раз заглядывать в машину, я снова полезла в сумочку за телефоном и, найдя его, встряхнула головой, отгоняя головокружение. Набрав номер, я глубоко вздохнула и, как только мне ответили, затараторила:

– Девушка, тут авария! Немедленно приезжайте!

– Адрес?
– деловито и сухо раздалось из трубки, и я тут же продиктовала куда ехать.
– Водитель жив?

– Нне знаю, - запнувшись, произнесла я и покосилась на искорёженную машину.
– Он не шевелится.

– Хорошо, ожидайте, - ответили мне, и раздались короткие гудки.

– Что ж хорошего-то?
– пробормотала я, не зная, что делать до приезда скорой.

Минут пять я в растерянности то смотрела на машину, то оглядывалась по сторонам в надежде, что появится ещё кто-нибудь. Но, как назло, дорога была пустынна.