– Ясно. А что значит - свой микроклимат? Я там хоть смогу дышать?

– Дышать сможешь, и тебе даже полезно это будет, но недолго. На планете Хранителей в атмосфере меньше углекислого газа, и здесь поддерживается такой же состав воздуха, но если долго здесь находиться, ты можешь потерять сознание.

– А ты? Тебе какой воздух больше подходит - этот или тот, что на поверхности?
– шагая по тоннелю, спросила я.

– Мне оба подходят. Я же гибрид. Но легче здесь, внизу. Не требуется пить столько вина, чтобы разжижать кровь и быстрее выводить углекислый газ из организма, - пояснил он и остановился, а я только сейчас обратила внимание, что мы оказались в тупике.

Однако, как только Горан поднял руку и приложил её к стене, каменный блок отъехал, и в первые секунды я онемела от увиденного буйства красок. Если тоннель был блеклый, серый и узкий, с низким потолком, то здесь всё казалось настолько ярким, что резало глаза, а размеры, судя по уходящему вдаль пространству - поражали. Высокий потолок окрашивался в небесно-голубой цвет, и вниз лился мягкий, приятный свет, а цвета стен разобрать не представлялось возможным, потому что их закрывала цветущая зелень, и казалось, что я попала в ухоженные, аккуратные джунгли, где после сезона дождей расцвело даже то, что не должно цвести. И только чёрный пол сглаживал всю эту яркость.

– Вот я и дома, - произнёс Горан, заводя меня внутрь и снова приложив руку к стене, закрыл дверь. А потом, глубоко вздохнув, добавил: - Приблизительно в таком месте и я появился на свет.

– Красота, - восторженно заявила я и, тоже сделав глубокий вздох, ощутила лёгкую эйфорию от прекрасных ароматов, щекочущих ноздри, и свежего, как после грозы, воздуха.

Увидев необыкновенно красивый, сиреневого оттенка, цветок, я собралась сделать к нему шаг, как неожиданно из гущи растений появился мужчина в белой одежде, и я изумлённо уставилась на него. Бледно-голубая кожа, особенно на фоне чёрных волос, выглядела непривычно, но больше всего притягивали взгляд глаза - невероятно голубого, кристально чистого оттенка, без зрачков. В обрамлении чёрных ресниц они пугали и, одновременно с этим, манили ещё больше утонуть в их глубине.

– Здравствуй, Горан, - мягко произнёс он, а потом повернулся ко мне и так же мягко добавил: - Здравствуй, Анна.

– Здравствуй, Шедир, - с достоинством ответил Горан и обратился ко мне: - Анна, знакомься, это войсог Шедир, который своими доводами по уничтожению кристалла в немалой степени нам помог.

– Я лишь выбирал лучшее для человечества, - спокойно ответил он.

– Приятно познакомиться, - пробормотала я, заставляя себя отвести взгляд от мужчины. "Хм, как-то неудобно... Получается, он не раз видел меня голой, в объятиях Горана. А когда я только узнала о них, именно ему на голову сыпала проклятия и желала, чтобы мозг рассосался... А скоро он вообще сможет свободно копаться у меня в мыслях", - пронеслось в голове, и я напряглась, не зная, как себя вести.

– Взаимно. Надеюсь, и дальнейшее наше знакомство будет приятным, - ответил он, а потом сделал приглашающий жест.
– Ходейд Беже ожидает вас.

Развернувшись, он пошёл вперёд, а мы с Гораном направились следом. Оказалось, что войсог вышел совсем не из зарослей растений, а из-за поворота, скрытого гущей зелени. Идя по дорожке за ним, я снова с восхищением разглядывала окружающую нас красоту. Однако безмятежным мой настрой назвать было тяжело. Как ни старалась я держаться, а всё же испытывала нервное возбуждение, не зная, как встретит меня Хранитель и чего ожидать от него.

После бесконечных поворотов то направо, то налево, мы наконец-то оказались перед тёмно-зелёной дверью. А войдя внутрь комнаты, я опять заморгала, пытаясь привыкнуть к смене декора. Здесь всё было молочно-белого цвета, и казалось, что свет идёт отовсюду, из стен, потолка и пола. Вдоль одной из стен стоял стеклянный шкаф, заставленный какими-то бутылочками с разными по цвету жидкостями, а в центре находился стол, очень похожий на операционный. Поёжившись, глядя на него, я не сразу обратила внимание на пожилого мужчину, стоящего чуть в стороне. Как и войсог, он был одет во всё белое, а седые волосы сглаживали бледно-голубой оттенок кожи, поэтому он не так сильно бросался в глаза.

"Ходейд", - сразу поняла я, потому что в осанке мужчины чувствовалось достоинство и привычка повелевать. А, спустя секунду, Горан подтвердил моё предположение. Склонив голову, он почтительно произнёс:

– Ходейд Беже, рад вас приветствовать.

– Здравствуй, Горан, - ответил седовласый, а затем подошёл ко мне и пристально посмотрел в глаза.

Не зная, что делать и говорить, я тоже уставилась ему в глаза и только сейчас, вблизи, заметила, что зрачки в глазах есть, но они, как и сами глаза, голубого цвета и лишь буквально на полтона отличаются от цвета роговицы. "Круто! И так необычно. Но себе такие глазки я бы не хотела. Слишком пугающе. Интересно, а как они воспринимают мир?".

– Итак, ты нас не боишься, - спокойно произнёс Ходейд, перестав сверлить меня взглядом.

– Боюсь, - призналась я.
– Но интерес перевешивает страх. В данный момент меня очень интересует, в каком диапазоне, с такими глазами, вы видите мир?

– Для людей этот диапазон недоступен, - ответил войсог.
– Цветовая гамма воспринимается не так, как у вас, и зоркость лучше. Мы способны рассмотреть мелкие детали там, где вам понадобится лупа.

– Просто Горан сказал, что после нанесения татуировки, в случае необходимости, вы можете показать какую-то картинку или что-то рассказать об интересующем предмете, вот мне и стало интересно, как я буду видеть картинку, если мы явно по-разному воспринимаем мир.