Шрифт:
– Почему?
– Он почувствовал, что водка очень крепкая, и решил, что Виталик продает в баре разбавленный спирт. Дело в том, что неделю назад Виталика спалили… ну, словом, застукали за тем, что он продавал клиентам свою водку. Ему сильно досталось, едва не выгнали. Наверно, поэтому Алексей Дмитриевич вспомнил Виталика и стал ругаться, а потом ему стало хуже. Он упал. Я закричала. Прибежал охранник, и я вызвала «Скорую помощь».
Администраторша поднесла салфетку к глазам, которые уже успели высохнуть, и демонстративно промокнула их.
– Этот… Виталик мог принести в бар разведенный спирт?
– Я сомневаюсь, что Виталик стал бы связываться со спиртом. Он и без этого имел хорошую шару на дорогой выпивке. Когда вы его увидите, вы меня поймете. Виталик, даже если надо будет забить гвоздь, не станет мараться, а вызовет слесаря. Трудно представить, что он что-то станет разбавлять.
Следователь с сомнением выслушал доводы администраторши и обвел овалом имя «Виталик», записанное в блокноте.
– До того, как выпить водку, Агаров говорил с вами о чем-нибудь?
Валя задумалась.
– Нет. Кроме того, что у него назначена встреча, ни о чем. Все произошло очень быстро, за какие-то пять минут. Я была на кухне, вышла в зал и увидела, что Алексей Дмитриевич стоит около стойки бара. Он попросил выпить и потом… умер.
– В котором часу вы пришли в клуб? – спросил Клотов, опередив следователя, который уже открыл рот, чтобы задать очередной вопрос.
– В девять.
– Кто-нибудь приходил в клуб с девяти утра до того момента, как здесь появился Агаров?
– Только уборщицы. Они вошли в клуб вместе со мной и работали приблизительно час с половиной.
Валя скептически посмотрела на Клотова, который с самого начала не произвел на нее должного впечатления, и перевела взгляд на Варенцова. Но следующий вопрос снова задал майор:
– Вчера вечером вы не работали?
– Вчера работала Альбина. Она – второй администратор. Мы с ней меняемся через день.
– А охранник, который стоит у входа, он здесь с утра?
– Со вчерашнего вечера.
– Его как зовут?
– Борис.
– Бармены тоже работают через день?
– Нет. Они меняются через трое суток. Вчера у Виталика был последний день. Сегодня придет другой бармен.
В этот момент кто-то вошел в зал.
Валя посмотрела за спины милиционеров и тихо сообщила:
– Ольга Валерьевна, жена Алексея Дмитриевича.
Клотов и Варенцов одновременно обернулись и увидели женщину лет сорока пяти, идущую по направлению к танцплощадке.
Глава 3
Одного взгляда, брошенного на Ольгу Валерьевну, было вполне достаточно, чтобы распознать в ней властную и самолюбивую женщину.
Жена Агарова быстро шла, расправив плечи и гордо вскинув подбородок. Она была недурна. Чрезмерная резкость и твердость, присущие характеру, наложили на ее лицо отпечаток холодности и высокомерия. У нее были густые песочного цвета волосы, искусственными волнами спадающие на плечи, немножко полные щеки и подбородок. Последние десять лет она заботилась о своей фигуре, периодически садясь на различные диеты. В результате этого противоборства Ольга Валерьевна не стала худой, но могла с чистой совестью принимать комплименты в свой адрес. Ее беспокоило только то, что с каждым годом ей все чаще говорили, что она превосходно выглядит. А после сорока лет это вызывает не только радость, но и беспокойство. Поэтому Ольга Валерьевна не жалела денег на свою внешность и была постоянным клиентом нескольких салонов красоты.
В рабочий день Клотов и Варенцов наверняка бы увидели на супруге Агарова строгий, но элегантный деловой костюм. Но в это воскресенье она оделась свободней. На ней был летний брючный костюм фиолетового цвета и босоножки. На плече висела маленькая дамская сумочка с длинным ремешком. Кофточка с коротким рукавом не скрывала белизну ее рук – признак дефицита времени. Обычно Ольга Валерьевна загорала зимой, отдавая предпочтение Сайпану и Гавайям, но такой загар был недолговечен и исчезал к весне.
Еще издалека Клотов разглядел на пальцах и в ушах Агаровой золотые украшения, усыпанные крупными фиолетовыми камнями, скорее всего аметистами. Золотых безделушек у Ольги Валерьевны было так много, что она надевала их под цвет одежды: с красным носила рубины, с белым – алмазы и тому подобное.
Дойдя до середины танцплощадки, женщина увидела тело мужа, распластанное возле стойки бара. Она резко остановилась и непроизвольно закрыла ладонью глаза. На какое-то мгновение высокомерная маска на ее лице сменилась растерянностью и испугом.