Шрифт:
Г. Флеран,
отставной учитель.
С. Флеран,
начальница школы в Тенэ (Эндра)
LVIII.Считаю долгом сообщить вам следующий факт, ручаясь за его достоверность. Состоя на военной службе, я был в отпуске дома, в Анно (Нижние Альпы). 30 декабря 1890 года, поутру, мать моя сказала мне: «Помяни мое слово, кто-нибудь умер из наших родных. Нынче ночью, в два часа, я была разбужена сильными стуками в стенку у изголовья моей постели. Я проснулась, и мне тотчас же пришла в голову мысль, что у нас в семье неблагополучно». Признаться, я не поверил этим предчувствиям. Но часов в десять того же утра мы получили телеграмму из Динья, извещающую о серьезной болезни моей тетки, сестры Анжели, настоятельницы общины св. Марфы. Мать моя заметила: «За этой телеграммой, наверное, последует другая, извещающая о смерти сестры». Так и случилось. В письме, полученном позднее, сообщалось, что тетка моя, после болезни, продолжавшейся несколько дней, скончалась 30 декабря, в два часа ночи, то есть именно в тот самый час, когда моя мать слышала стуки у своего изголовья. Матушка даже не подозревала о болезни своей сестры.
Барлатье.
Анно (Нижние Альпы)
(Письмо 409)
LIX.Несколько лет тому назад супруги В. посетили своего знакомого больного старика, некоего Сент-Обена, человека очень образованного и большого оригинала. Среди разговора старик, убежденный, что ему недолго остается жить, обещал господину В. подать о себе весть, когда придет его последний час. Г-н В., со своей стороны, дал такое же обещание.
Прошло лето, и супруги больше не виделись с больным. Однажды зимним вечером после ужина В. читал газету. Вдруг он как бы невольно поднял голову и сказал жене: «Сент-Обен умер». Та не поверила и спросила, от кого он об этом узнал. «Мне никто ничего не говорил о Сент-Обене, — отвечал В.,- но вот сейчас как будто что-то ударило меня в голову, в тот же момент я невольно подумал о смерти Сент-Обена». На другое утро г-жа В. услыхала в церкви весть о кончине Сент-Обена, последовавшей накануне вечером. Господин В. (мой дядя), рассказавший мне об этом случае, говорил, что невозможно определить свойства полученного им легкого удара, — никогда в жизни он потом не испытывал подобного ощущения. Он вовсе не суеверен, — совершенно напротив.
Гусси ван-дер-Гаге,
в Рулере
(Письмо 433)
LX.Дед мой с материнской стороны, человек серьезный, солидный, спокойный и строгий, прогуливался однажды по улицам Лондона, погруженный в размышления. Вдруг он увидел, что сквозь толпу протискивается, направляясь к нему, один из его близких друзей детства, полковник индийской армии, который, судя по сообщениям газет, был занят в то время усмирением бунта сипаев. Дед мой, вне себя от удивления, протянул руку приятелю и собирался задать ему вопрос. Но тот исчез так же внезапно, как и появился. Вернувшись домой, дедушка осведомился, не приходил ли полковник, и, получив от прислуги отрицательный ответ, несколько встревоженный отправился в свой клуб. Там тоже никто не видел полковника. Прошло несколько недель: в ту пору средства сообщения были еще очень плохи. Однажды, пробегая столбцы еженедельного журнала, выходившего в Индии, дедушка с огорчением увидел имя своего дорогого друга в списке убитых. Сравнив даты, он пришел к убеждению, что кончина его друга совпадала с появлением его призрака на многолюдных улицах Лондона, где в прежнее время оба приятеля особенно любили бродить, изучая характерные уличные типы столицы.
Е.Азинелли.
Женева
(Письмо 443)
LXI.Моя тетка рассказывала мне, что однажды вечером, когда она уже улеглась в постель, но еще не засыпала, послышался необычайный шум из конюшен. Пока отец ее ходил узнавать, в чем дело и успокаивать животных, она ясно увидела своего дедушку стоящим перед камином. Она кликнула свою мать, чтобы и она взглянула на видение, но оно уже успело исчезнуть. На другой день узнали о смерти дедушки, совершенно внезапной, последовавшей от падения с лошади. Я выразил предположение, что это был сон; но тетка настойчиво утверждала, что ни на минуту не засыпала перед видением.
Анри Перес,
166, улица Ла-Шапель, Париж
(Письмо 452)
LXII.Доктор Блан из Э-ле-Бэн передавал мне, что в молодости он был свидетелем любопытного явления. Одна его тетка серьезно заболела, а сын ее, шестилетний мальчик, был перевезен к доктору Блану, где ребенок играл со своими сверстниками. Внезапно дитя останавливается среди игры с испуганным лицом и вскрикивает: «Мама! Я видел маму!» Об этом сообщили доктору. Сначала он подумал, уж не заболел ли мальчик; и только позже оказалось, что мать его скончалась как раз в тот момент, когда он кричал и звал ее.
Луи Николь.
Тиэрнэ, Стритгэм, Лондон
(Письмо 453)
LXIII.В Мальамуре жил один родственник моей матери, которого она очень любила и ценила за неоднократные услуги, оказанные им в тяжелые моменты ее жизни. Мать моя жила в Варенне, на расстоянии 15 километров от Мальамура. Родственник знал, что матушка больна. В ночь ее кончины он слышал страшную возню и шум на чердаке, точно ворочали мешки с зерном. Он тотчас же подумал про себя: «Наверное, кузина Лаббе умерла». Это и подтвердилось; моя мать, действительно, скончалась в ту самую ночь. По-моему, если телепатические явления случаются не так часто, то это объясняется тем, что они могут происходить только между лицами, действительно искренно расположенными друг к другу, — а много ли таких привязанностей на свете?
Лаббе,
нотариус в Эне (Меза)
(Письмо 455)
LXIV.Я часто слыхал в своей семье рассказ о следующем случае, приключившемся с моим дядей, членом Института, профессором в «Ecole des chartes», умершим 18 лет тому назад. Этот дядя, строгий католик, был воспитан своей теткой, о которой отзывался всегда с благодарностью и благоговением. Однажды — это было, кажется, накануне его конфирмации, — находясь на расстоянии нескольких сот миль от своей тетки, он вдруг увидел ее перед собой, и тотчас же им овладела уверенность, что она умерла и явилась дать ему свое последнее благословение. Действительно, через несколько дней узнали, что тетушка умерла как раз в тот момент, когда мальчик увидел ее перед собой.
Поль Киттель,
адъюнкт-профессор университета,
преподаватель в лицее Корнеля
в Эльбефе
(Письмо 457)
LXV.В 1865 году свирепствовала холера в Ла-Сейне; спасаясь от эпидемии, мое семейство приютилось в ближайшей деревушке. Там жил один рабочий, который, бравируя, пренебрегал опасностью и каждый день ходил в Сейну, возвращаясь ночевать домой.
Однажды, чувствуя себя утомленным, он не пошел на работу, а сын его, 15-летний мальчик, не придавая значения нездоровью отца, отправился ловить рыбу ради забавы на береговые утесы, лежащие в 8 километрах от дому. Он надеялся, что отец скоро присоединится к нему.