Теперь собака учуяла его запах. Маленькое худое рыжее существо с длинными ушами, влажным носом и желтыми глазами. Оно, принюхиваясь, двигалось к нему. За собакой следовал мальчик.

Теперь они были возле него. Мальчик остановился, выпучив глаза и открыв от удивления рот. Миртин стал припоминать все, что знал. Мальчику было лет десять-одиннадцать. Черные волосы, темные глаза, светло-коричневая кожа. Представитель негроидной расы? Нет. Волосы прямые.

Губы тонкие. Нос с узкой переносицей. Один из уцелевших аборигенов этого материка. Говорит ли он по-английски? Насколько он доброжелателен? Челюсть мальчика больше не отвисала, рот закрылся. Мальчик улыбнулся? Знак дружественного расположения? Миртин попытался тоже улыбнуться, и к своему удивлению, обнаружил, что мышцы лица еще функционируют.

– Здравствуйте, – произнес мальчик. – Вам больно?

– Я… да. Я очень сильно поврежден.

Мальчик присел возле него. Собака, помахивая хвостом, обнюхивала Миртина со всех сторон. Быстрым движением мальчик отогнал ее. Дирнанин уловил волны симпатии.

– Вы откуда? – прошептал мальчик. – Выпали из самолета?

Миртин пропустил мимо ушей опасный вопрос.

– Мне нужна пища… вода…

– Ой. Что же мне делать, позвать вождя, что ли? Сюда смогут прислать машину. Может быть, отвезут вас в больницу, в Альбукерке.

Миртин напрягся. Больница? Обследование? Он не мог пойти на такой риск. Чтобы врач просветил его тело и обнаружил, что находится внутри него? Тогда всему крышка. Он не может допустить этого.

Осторожно подбирая слова, Миртин произнес:

– Ты можешь принести сюда еду? И что-нибудь попить? Помочь добраться мне до вон той пещеры? Пока я не выздоровлю?

Наступило долгое молчание; затем мальчишка как бы все поняв, хлопнул себя по лбу и присвистнул:

– Ага, я понял! Вы выпали из летающей тарелки!

Миртин решил уклониться от ответа. Он не был готов к чему-либо подобному.

– Летающей тарелки? – машинально переспросил он. – Нет… не из нее.

Я ехал в машине. Произошла авария. И меня вышвырнуло.

– А где же тогда эта машина?

Миртин отвел взгляд в сторону оврага.

– Наверное там. Хотя, не знаю. Я потерял сознание.

– Там нет никакой машины. Сюда разве можно заехать на машине? Так вот, мистер, вы, несомненно, с летающей тарелки. Меня не проведешь! С какой же вы планеты, а? И как это вам удается походить на обычного человека?

На душе у Миртина стало легко. За этим худым, угловатым лицом таился недюжинный ум, острый и скептический. Его выдавали сияющие глаза. Занятное существо. На вид жалкий и по-английски говорит неважно, но чувствуются в нем необыкновенные способности, какая-то искра божья. И Миртину очень захотелось быть честным с этим ребенком.

– Ты можешь принести мне пищу? – повторил Миртин. – Что-нибудь попить?

– Принести сюда?

– Да. Было бы хорошо, если бы я смог укрыться в этой пещере. Мне необходимо время, чтобы выздороветь.

– Но ведь я мог бы привести помощь из поселка. И мы бы отвезли вас в больницу.

– Я не хочу попадать в больницу. Я просто хочу остаться здесь… один.

Несколько секунд прошло в молчании.

– На уголовника вы не похожи. Так почему же не хотите в больницу? И почему на вас такая нелепая одежда? И говор у вас какой-то чудной.

Закругленный что-ли? Слушайте, мистер, не валяйте дурака! С какой все же вы планеты? С Марса? Сатурна? Вы должны мне довериться. Признаться, в поселке дела мои идут неважнецки. Поэтому я помогу вам, а вы поможете мне.

Ну что, договорились?

Миртин увидел свой шанс. Почему бы не открыться мальчику? Ведь от него не требовали держать в неведении всех землян. Клятва относилась только к властям. Он может положиться на свое суждение. Пожалуй, он только выиграет, если скажет правду этому чумазому мальчишке. Что пользы отпираться? Все лучше, чем умереть или угодить в госпиталь и рисковать разоблачением, за которым, скорее всего, последует широкая огласка.

– Я могу тебе довериться? – спросил Миртин.

– Вы поможете мне, я помогу вам. Разумеется.

– Ладно. Наш корабль-разведчик потерпел крушение. Тарелка, как вы его называете. Ты видел, как он взорвался вчера ночью?

– А как же! Конечно, видел!

– Так вот я был там. Мы были там. Я приземлился. У меня серьезные повреждения – сломан позвоночник. Мне нужно много времени, чтобы выздороветь. Но если ты мне поможешь, принесешь пищу и воду и никому не скажешь обо мне, все будет в порядке. И тогда я попробую помочь тебе. Я сделаю все, что ты пожелаешь, но только ты не должен будешь говорить никому об этом.