— ФБР наведывалось сюда пару дней назад, — кивнула Марсдейл, — и мы предоставили им все, что могли. Но как я им сказала, это деловая штаб-квартира доктора Хайланда. Мы занимаемся правительственными контрактами и сопутствующей административной поддержкой — и только. Во всей фирме трудится всего двенадцать человек.

— А где находятся ваши исследовательские стенды? — осведомился Питт.

— Вообще-то у нас их нет. Небольшая мастерская на задах, где несколько наших стажеров занимаются текущими исследовательскими задачами, но Карл и Манфред редко здесь работали. Они частенько разъезжали, но вообще-то проводили большинство своих исследований в Айдахо.

— Айдахо? — переспросила Энн.

— Да, там в Бэйвью находится исследовательский центр ВМС. У доктора Хайланда там поблизости есть хижина, где они с Манфредом скрывались для решения проблем.

— Речь идет о Манфреде Ортега, ассистенте доктора Хайланда?

— Да. Карл звал его Мэнни. Он и сам блестящий инженер. Они вдвоем просто чудеса творили. Были мозгами всей компании. Уж и не знаю, что мы будем делать теперь.

Последовало долгое молчание: все вдруг осознали, что кончина Карла и Мэнни практически равнозначна гибели «Хайланд Рисеч энд Ассошиэйтс».

— ФБР забрало все материалы, имевшиеся здесь? — наконец поинтересовалась Энн.

— Они забрали на время всю нашу административную документацию — даже наши компьютеры. Техническую документацию мы уже отправили в штаб-квартиру УППОНИР, да оно и к лучшему. Агенты ФБР вели себя, как слон в посудной лавке, так что в кабинет Карла я их не пустила, но по всем остальным помещениям они прошлись тяжкой поступью.

— Вы не будете против, если я осмотрюсь в кабинете? — спросила Энн. — Полагаю, вы понимаете, как важно для национальной безопасности сохранить все его труды в тайне.

— Разумеется. Он почти никогда тут ничего не оставлял, но его кабинет дальше по коридору.

Взяв ключи со своего стола, Марсдейл повела их в угловое помещение. Судя по виду кабинета Хайланда, пользовались им редко. Как и его хозяин, он не стремился пустить пыль в глаза декором, демонстрируя две-три модели субмарин и полотно, изображающее контрабандистскую яхту красного дерева времен Сухого закона, идущую на всех парусах. Единственным неуместным предметом здесь была висящая над столом лосиная голова с рогами, увешанными разнообразными рыбацкими головными уборами.

Увидев, что несколько ящиков письменного стола выдвинуты, Марсдейл недоуменно приподняла брови.

— Это странно. — Она вдруг напряглась. — Кто-то здесь был, обыскивал стол. Я помню, что оставила ему контракт на подпись в лотке входящей почты, а теперь его нет. — Она обернулась к Энн с встревоженным выражением. — Во всем здании ключи от этого кабинета есть только у меня.

— Были тут еще какие-нибудь важные документы?

— Не могу сказать наверняка, но вряд ли. Как я и сказала, он редко задерживался тут надолго.

Поглядев на стол, Марсдейл перевела взгляд на голову лося.

— На столе было фото его лодки и хижины — оно тоже пропало. И еще Карл вешал ключи от своего домика на рога лося, когда был здесь, — и их тоже нет.

— У вас в здании есть камеры видеонаблюдения? — поинтересовался Питт.

— Да. Я немедленно свяжусь с нашей охранной фирмой. — Голос Марсдейл дрожал от отчаяния. — Я искренне сожалею.

— Если вы не против, — сказала Энн, — я бы хотела вызвать ФБР обратно для тщательного обыска кабинета. В комплекте с видео камер безопасности это может дать нам потенциальные ниточки.

— Да, конечно. Все, что потребуется, только бы выяснить, кто за этим стоит.

Вернувшись вместе с Питтом к машине, Энн остановилась и окинула взглядом океан.

— Они здесь были, не так ли?

— Готов спорить, что да, — согласился Питт.

— Хочу просить об одолжении, — повернувшись, она встретилась с ним взглядом. — Вы не против отсрочить наше возвращение в Вашингтон на денек? Я бы хотела перенаправить наш рейс в Айдахо. Если Марсдейл права, все разработки Хайланда могут преспокойно находиться в Бэйвью, а мы даже не догадываемся.

— Обеими руками за, — ответил Питт. — Правду говоря, мне всегда было любопытно поглядеть, откуда берется их знаменитая картошка.

Снизойдя с сапфировых небес, правительственный самолет «Гольфстрим» коснулся главной взлетно-посадочной полосы аэропорта Паппи-Боингтон-Филд, что в Кер-д'Ален. Грегори Боингтон по прозвищу Паппи, верный сын живописного городка в Айдахо, прошел славный путь, летал на «F4U Корсар» [16] в Тихом океане и удостоился ордена Почета, командуя легендарной эскадрильей «Черные овцы». Теперь аэропорт, носящий его имя, дает приют кротким «Пайпер-Кабам» и частным самолетам богатых туристов. Прихватив костыли Энн, Питт помог ей сойти с самолета у терминала частных рейсов, где они договорились и о прокате автомобиля. Питт сел за руль, и они направились на север по трассе 95.