Не будь так уверена, что я не отшлепаю тебя за твою детскую выходку,жестко сказал он. Дарий повернулся и понес ее сквозь темноту ночи.

– Мне больно,- тихо выдохнула Темпест.

– Думаешь я не ощущаю твоей боли?- осуждающе сказал он.- Ухудшаешь все из-за того, что я не смог помочь тебе как должен был?

– Я не мертва,- заметила она.

Он красноречиво выругался, меняя английский на древний.

– Ты была очень близка к этому, любимая. Бродрик хотел убить тебя. Почему ты продолжаешь упорствовать, покидая безопасные участки, которые я предусмотрел для тебя?

– Я уже говорила тебе,- искренне сказала она,- что уже бывала в подобных передрягах.

– Все, забудь об этом,- приказал твердо Дарий. Она все ближе подводила его к безумию.- Ты хоть представляешь себе каково это, проснуться,привязанным к земле, чувствуя твой страх, зная, что солнце отнимает все силы и я не могу помочь тебе?

Пересекая поле Дарий увидел, что все цветы погибли под шквалом града. Дождь лил на них. Прямо над ними сверкнула молния и грянул зловеще гром.

– Ты все-таки пришел мне на помощь,- напомнила она.

– Я должен был воспользоваться зверем, нечаянно поранившем тебя в процессе, но все равно я благодарен Богу за то, что он оказался по близости. Почему ты поступаешь так?

– Я же не специально искала неприятности на свою голову Дарий,- защищалась она.- Я понятия не имела, что Бродрик где-то поблизости.- Темпест подняла голову и посмотрела на черты его лица, затем дотронулась кончиком пальца до резко-очерченной границы его безупречного рта, стараясь успокоить его.

– Так больше не может продолжаться, Темпест. Это слишком опасно, и не только для нас двоих, но для всех - смертных и бессмертных. Ты не можешь оставить меня. Что заставило тебя сделать такую глупость?

Не послышалась ли ей в его голосе, звучавшем так строго и красиво, нотка боли? Она не хотела ранить его.

– Мы слишком разные, Дарий. Я не понимаю твой мир. Я даже не знаю, что значит быть привязанным к земле, и ты никогда мне ничего не объясняешь. Я не знаю, что ты способен делать, за исключением, скажем, того, что можешь убить на расстоянии. Все это... мягко говоря, нервирует.

Темпест дрожала в его руках, привлекая внимание Дария к идущему дождю. Он глубоко вдохнул, чтобы сконцентрироваться и усмирить ярость бури и снова возвратиться к ней. Сразу же ливень перешел в мелкий моросящий дождик. Облака над их головами начали растворяться. Поднялся ветер, унося туман прочь.

– Ты ранена, Темпест. Вместо того, чтобы подождать меня, ты убежала, хотя знала что я приду.- Он играючи поднялся в воздух, меняя форму на ходу.

Темпест ахнула и вцепилась в жесткую чешую, покрывавшую его тело. Она закрыла глаза из-за увеличивающейся высоты, из-за ветра, дующего вокруг нее. В его объятиях она чувствовала себя в полной безопасности, какими бы необычными его "руки" сейчас ей не казались. Было удивительным для Темпест, что он мог перевоплотиться, лететь сквозь небо и ожидать, что она легко все это воспримет.

Дарий быстро доставил их через сверкающее небо, нуждаясь в большей близости между ними. Он взлетел с ней над горой и опускался на возвышенность рядом с водопадом. Казалось, будто они парили в одиночестве на вершине мира. Ниже, туман поднимался им навстречу, пары водопада возносились, охватывая их, скрывая их с глаз.

Как только когтистые лапы огромного дракона коснулись земли, Дарий снова начал перевоплощаться. Мгновенье Темпест глядела на клинообразную голову, нагнувшуюся к ней, узнавая только уже знакомый голод, горящий в черных глазах. Затем, только голова приблизилась, дракон стал Дарием, идеальный рот застыл в паре дюймов над ее. Темпест перестала дышать, сердце тревожно застучало.

– Ты не можешь,- выдохнула она в его губы

– Я должен,- возразил он.

У него не было выбора. Он должен ощутить, удержать и полностью завладеть ею. Он очень боялся за нее и со времени подъема мог думать только о том, чтобы завершить ритуал, сделать безоговорочно своей. Больше не имели никакого значения законы, в которые он всю жизнь верил. Он должен был получить право защищать ее всю оставшуюся вечность.

Его губы заскользили по ее, в начале мягко, нежно упрашивая, но быстро изменились, так как его рот стал прижиматься к ее все с большей жадностью. Темпест ощутила огонь, несущийся по всему телу. Дарий начал пожар, который невозможно потушить. Пожар, в котором они оба сгорят. Хотя Темпест это уже не волновало. Ее сердце сколько угодно могло биться от страха и волнения, но ничто не изменит того, что будет. И она знала, что это произойдет. Она всегда будет принадлежать Дарию. Как только он овладеет ею, он никогда уже ее не отпустит.

– Я в любом случае никогда не отпущу тебя, любимая,- пробормотал он в ее шею.- Никогда.- Он нес ее со свойственной ему непринужденностью, наверх, по еле различимой тропинке, ведущей к вершине водопада.

– Ты планируешь бросить меня вниз?- спросила она, размышляя над силой, светящейся в глубине его глаз, над языками пламени, проносящимися сквозь них.

– Если во мне осталась еще хоть капля ума, то да, брошу,- ответил он сердито.

Впереди была пещера, скрытая водопадом, и он нес ее сквозь туман и влагу к ней. Пещера была узкой, проход опускался вниз, в гору.