– Кто этот человек, что ты внезапно хочешь быть с ним? Ты никогда не проявляла интерес к человеческим мужчинам прежде.

Подбородок Синдил поднялся.

– Ну, возможно, кое-что изменилось.

– Что изменилось? Что сделал этот человек, околдавал тебя? Я предупреждаю тебя, Синдил, я не нахожу ни в каком наклонении для этой глупости. Ты тронула его. Ты помещаешь руку на его руку, флиртовала с ним. Его глаза сверкали на нее.

– И это считают преступлением? Я должна напомнить тебе обо всех временах, что знаю, что ты был с человеческими женщинами? Не смей судить мое поведение. Этот человек заставляет меня чувствовать себя красивой, желательной, как женщина, а не некоторая тень, которая будет проигнорирована. Он смотрит на меня, и я чувствую себя живой снова, - защищал себя Синдил.

– Это - причина? Он заставляет тебя чувствовать себя живой? Любой человек может сделать это, Синдил, - сказал Барак.

– Ну, он - тот, которого я хочу, - сказала она вызывающе.

Его рука зарылась вокруг ее шеи, его темные разъяренные глаза.

– Я ждал терпеливо тебя, чтобы прийти в себя, был так нежен, как я знал надо быть. Но этого я не буду давать тебе. Если ты будешь сметь пройти около того человека, то я разорву его голыми руками. Теперь сядь в трейлер, где я знаю, что ты будешь в безопасносте, и избежишь его.

Синдил посмотрела на него, потрясенная и наивная в его нетипичной вспышке.

– Я пойду, но не потому что ты приказываешь мне. Я не хочу сцену перед посторонним

Барак выдвинул ее к автобусу.

– Я не забочусь, какую глупую причину ты придумываешь, чтобы сделаться такой послушной. Просто сделай это. Пойди теперь. Я имею в виду это.

– Где ты получил идею, что ты был моим лордом и владельцем?
– она с негодованием отбросилась назад к нему через свое плечо, когда она пошла к кэмпингу.

– Ты просто помни кто я, Синдил, - он сказал и смотрел, чтобы убедиться, что она сделала, как он приказал прежде, чем он возвратиться, чтобы присоединиться к мужчинам, которые расспрашивали Каллена.

Расти и Дезари встретили Синдил у двери автобуса. Дезари обернула руку вокруг плеча Синдил.

– Действительно ли Барак был очень сердит?

– Я не знаю о нем, - сказала Синдил, -но я. Что он думает, рассматривая меня таким образом? Как будто я - его дочь, его младшая сестренка. У вас есть какая-либо идея, с каким количеством женщин он был? Это отвратительно, вот что это значит. Это делает меня больной, способ, которым у мужчин есть такой двойной стандарт один для их собственного поведения и другой для нашего. Единственная причина, что я даже слушала его, состояла в том, что это - вопрос нашей безопасности, Дезари. Иначе я сказала бы ему идти прямо к черту. Я могу все же. Фактически, я могу просто уехать в целом после этого следующего вашего концерта. Я нуждаюсь в каникулах от того идиота.

– Возможно я должна пойти с вами, - рискнуала спросить Темпест.
– Дарий еще хуже, чем Барак. Что это с этими мужчинами?

Дезари засмеялась мягко.

– Они властные и доминирующие и частые королевские хлопоты Юлиан навсегда пытается сформулировать как приказ мне. Дело в том, что ты должна противостоять им.

Синдил провела рукой по ее волосам в возбуждении.

– Ты и Расти, возможно, но я не принадлежу никому. Я должна быть в состоянии сделать, как я пожелаю.

Темпест опустилась в глубокий, уютный стул. Оба леопарда немедленно обернули себя вокруг ее ног.

– Я не принадлежу Дарию. Где все взяли идею, я - его подруга? И даже если бы я была, то я не должна быть главной, как он говорит.

– Расти, - сказала мягко Дезари, - Ты не можешь бросить вызов Дарию. Никто не может, даже один из нас, и мы очень влиятельны. Нахождение Спутницы жизни не походит на человеческий брак.

Работают более сильные инстинкты. У каждого из нас есть только один истинный Спутник жизни, ты так же как Дарий. Ты должна быть другой половиной его души. Свет к его темноте. Ты не можешь изменить то просто, потому что ты боитешься его.

Синдил кивала в согласии. Поднимая руку, она удалила скрепку из волос Темпест, таким образом, она могла приручить толстую красно-золотую массу.

– Дарий всегда так нежен с тобой, но есть большая темнота в нем. Ты должна понять, кто он. Ты не можешь думать о нем как о человеке; он не человек. Он довольно способен к принуждению твоего согласия в вопросах твоего здоровья или твоей безопасности. Мужчины всегда защищают женщин.

– Почему? Почему они так доминируют? Это бросает меня в крайность.

Дезари вздыхала мягко.

– Дарий спас нас, переживает вновь и снова. В первый раз ему было только шесть лет. Он сделал удивительные вещи, но сделая их, он должен был верить явно в его собственное суждение, и с тем, который прибывает определенное высокомерие.

Темпест сделала неэлегантное фырканье, но часть ее внушали страх в том, что Дезари говорила ей. Она видела проблески жизни Дария в его воспоминаниях, слышала некоторые его истории, и они удивили ее, его непримиримое решение поддержать его семью.