— Алла, жду тебя у себя с докладом. Шофер привезет тебя ко мне.

Алла не заставила себя ждать, машина за ней заехала и отвезла к нему домой.

— Алла, я совсем стал больной, что посоветуешь? И как твои дела?

— Знаете, с деньгами уже лучше. Работа стала понятной.

— Ты на меня очень зла?

— Что было, то прошло. Я трудные моменты не вспоминаю.

— Алла, чем я могу искупить вину? — спросил граф Павлин, корчась от боли.

— Вы искупили свою вину: дали мне работу, — холодно проговорила Алла.

— Не верю, что ты меня простила! Мне нужно твое полное прощенье. Проси, что хочешь, от этого зависит мое здоровье.

— Ничего я не хочу! У меня все есть или ничего нет.

— Слушай, Алла, хочешь, я вам с Юрой свадьбу устрою?

— Он за меня не пойдет, я для него слишком бедная.

— Я отдам в твое вечное пользование ломбард и квартиру, в которой ты живешь. Юре этого хватит?

— Надо спросить Юру, какой довесок ему нужен ко мне, чтобы он женился.

— Бумаги на тебя оформят, а ты должна каждый день желать мне здоровье и все.

Алла ушла. Особой радости от предполагаемого наследства она еще не испытывала, знала, что все в любую минуту может превратиться в шутку. Все же мысленно пожелала хозяину здоровья, и пошла домой.

Граф Павлин вызвал к себе Юру.

— Давно я тебя не видел. Хорошо выглядишь, Юра.

— Спасибо, не без вашей щедрости, граф Павлин.

— Юра, есть предложение: женись на Алле, у нее, в качестве приданого невесты, будет квартира и ломбард. Не трусь. Квартира, в которой живешь, будет твоя.

— У вас сегодня день щедрости?

— Нет, день справедливости. Еще раз спрашиваю: женишься на Алле?

— Хорошо, я женюсь на Алле!

— Тогда, сделай девушке официальное предложение, сообщите ее родителям о свадьбе, купи ей платье, кольца, туфли. Но есть условие. Все вы, каждый день, должны мне вслух желать здоровье. Это ваша оплата за квартиры. Мне нужно здоровье, а вам квартира.

— Хорошо, но мне кажется, что условия сделки нереальные.

Юра сразу зашел к Алле.

— Алла это ты выдумала нашу свадьбу?

— Нет, Юра, я сама еще не все полностью осознала.

— Тогда делаю тебе предложение: выходи за меня замуж.

— Хорошо, я согласна.

Граф Павлин прослушал комнату Аллы, улыбнулся и уснул без головной боли.

Утром граф Павлин проснулся с сильнейшей болью в желудке, и подумал, что желудок требует еще одного дня щедрости. Но женить Павла и Беллу он не хотел, еще раз вызывать Беллу было глупо. А желудок болел и болел. Таблетки боль не успокаивали. Слезы от боли, навертывались на глаза, врача вызывать ему не хотелось. По скорой помощи ложиться в больницу желания не было.

— Да, это Белла меня клянет! — вскричал он от боли в желудке. — Сам женюсь!

Потом задумался от своих слов.

— А почему бы и нет? — спросил он сам себя, — но как ехать не хочется!

— Паша, граф Павлин беспокоит, зайди родной ко мне, дело есть, — сказал по телефону граф Павлин и застонал от боли.

Вскоре появился Паша.

— Паша, я виноват перед Беллой с картинами! Я не хотел ее обидеть, но так получилось. Скажи, как исправить мою вину?

— Вам видней. Она сильно обиделась, но она сильная, переживет.

— Паша, чего Белла больше всего хочет в жизни?

— А ничего, у нее все есть.

— Прости, не верю. Не верю, что Белла ничего не хочет. Да, она упрямая, и к цели своей идет настойчиво. Нет, она что-нибудь да хочет. Паша, ты не хочешь мне помочь, — простонал граф Павлин.

— Я не знаю, как вам помочь, а с ее упрямством я уже имел дело.

— Знаю, как ты ее на пляже головой ударил об камни.

— Откуда вы знаете? Там никого не было!

— Глупыш, вас сняли на видеокамеру, всю вашу любовь!

— Понятно, там сняли, а здесь прослушиваете. Чистюля я, пыль протираю, жучки нашел в своей квартире.

— То-то я тебя не могу прослушать! А с Беллой мы не продвинулись. Что делать?

— Сделайте выставку картин Беллы в дом культуры Абрикосовки, ее пригласите, у нас картины возьмете. Она новые картины написала. Извинитесь за недоразумение…

— Паша, ты молодец! Пусть свои шкатулки прихватит — продадим за компанию. Ты ей и позвони, выставку назначь на восьмое марта. Она тебе поверит, а мне нет.