Не думай… но, казалось, только это она и делала все последнее время - думала о нем. Впрочем, это можно было легко объяснить – так как ее задание, в сущности, было связано именно со Скайуокером; уже второй раз за год Мара выполняла его. И конечно же именно поэтому она о нем и думала – никаких других причин.

Заполнив свой разум сотней тщетных мыслей и не признавая единственную волнующую ее, Мара вошла в башню, гудящую жизнью даже в этот поздний час. Императорский Дворец никогда не спал – как и сама Империя. Он бодрствовал круглосуточно; необыкновенно интенсивная действительность, существующая внутри, была полностью изолирована от настоящей реальности за его неприступными стенами. Можно было прожить здесь всю жизнь, ни разу не рискнув выползти за пределы основной части Главного Дворца, если бы кто этого захотел. От множества мелких гражданских служащих и дворцового штата мандат попросту требовал оставаться исключительно в пределах дворца, пока они находились на службе у Императора - таким образом создавались целые общины и инфраструктуры, уровень за уровнем, в нижней части Главного Дворца.

Башни же были предназначены строго для элиты императорского штата - обеспечивая избранных привилегированным жильем. К тому же в них располагалось рабочее пространство в виде церемониальных и общественных палат, как официальных, так и нет, предназначенных для военных и планетарных лидеров, дипломатов, представителей систем и конечно же Королевских Домов. Все уровни чиновников вышестоящей власти несли службу здесь; ничто не избегало тщательного наблюдения Императора.

Несмотря на позднее время, Мара совершенно точно знала, что сессия Суда, проходившего при императорском дворе, еще идет, и Мастер ожидает ее немедленного присутствия.

Она шла по коридорам башни ровным шагом, останавливаясь на всех контрольно-пропускных пунктах - как на привычных, так и на новых, застигнувших ее врасплох. Но она отсутствовала четыре месяца – почти столько же, как и Лорд Вейдер - поэтому изменения в системе безопасности ее не удивили; Палпатин всегда был крайне бдителен в таких вещах.

Но метод размещения этих новых КПП представлял интерес; они находились не в обычных очевидных местах – входах и специальных караульных помещениях - а в узких проходах и поворотах с плохой видимостью, легко уязвимых точках. И все КПП были расположены так, что в случае перекрестного огня они были прикрыты углами, исключая опасность попадания друг в друга. К тому же наметанный глаз Мары легко определил охранников в штатском, слоняющихся среди персонала дворца, ведя только наблюдение, а не проверяя удостоверения личности. Это смахивало на какие-то партизанские методы, отметила Мара.

Несомненно - новый начальник службы безопасности Дворца. Она сузила глаза, мысленно пробегая в памяти список многочисленных имперских офицеров, карабкающихся по служебной лестнице. Джейд могла назвать по крайней мере дюжину оригиналов среди них - но ни один не учредил бы такие порядки.

Погрузившись в размышления о личности ее нового конкурента – мастеру всегда нравилось держать руководящий штат в оппозиции друг с другом - она добралась до десятого уровня, где проводился Суд.

Миновав еще три новых поста безопасности, Мара вошла в зал для свиты, полный шума и красок; ее незатейливый черный комбинезон выглядел блеклым и серым в сравнении. Однако этот факт никак не влиял на ее положение - обеспечившее ей несколько любопытных взглядов, пока она пробивалась через собравшуюся толчею.

Различные разумные существа проводили годы своих жизней в этом зале, шепчась о тайнах, давая обещания и заключая союзы - так ни разу и не получив вход в желанный Тронный Зал. Мара также провела годы своей жизни, блуждая здесь в бесчисленных маскировках, чтобы подслушать эти разговоры для своего учителя. Использование личных автоматических устройств по созданию помех и подавлению сигналов против средств прослушки было обычным делом, особенно в этом зале шепотов - поэтому единственно надежный и практичный способ получить информацию состоял в поиске тех, кто согласился бы обменять ее на малейший шанс их представления при дворе Императора.

Сейчас она быстро шла мимо, признавая многих и признанная лишь несколькими - которые были слишком хитры, чтобы делиться этим знанием с другими.

У величественных, идущих от пола до потолка дверей она приостановилась - кивнув императорским гвардейцам, несущим здесь постоянную вахту вне зависимости от нахождения внутри Императора. Большего делать не было необходимости; ее приход был отмечен, как только она попала в коридоры наивысшего уровня безопасности, где спрашивала разрешения на вход в Зал Свиты. Если Мастер потребовал ее присутствия, ее пропустят; в противном случае она будет ждать.

Помпезные двери распахнулись, и множество голов повернулось ей навстречу, щурясь на ворвавшийся в деспотично-мрачный зал свет - богатые золотом стены засверкали словно всполохами огня; собравшиеся желали рассмотреть нового участника, имевшего привилегию входа в Тронный Зал.

Во главе зала находилось возвышение - полукруг из светлого мрамора террасоти, другая половина круга была выложена на полу перед ним; таким образом формировалась похожая на бледную луну окружность. На возвышении, на которое запрещалось ступать без особого позволения, располагался Трон Солнечных Лучей - древнейший артефакт, забранный Палпатином из разоренного Храма Джедаев; восседая на нем, Император и вершил свой суд.

Спинку трона – поднимающуюся высоко над головой Палпатина - формировало солнце из литого чеканного золота, края которого расходились оправленными драгоценностями лучами; роскошное золотое обилие ярко сияло во всем своем великолепии даже в сильно приглушенном свете - открывая детально проработанную гравировку.

В подножье трона стояла тяжелая скамеечка для ног. Император всегда использовал ее здесь - опираясь ногами на прочную резную поверхность, изображающую галактику, которой он управлял; едва ли тонкий намек.