И при входе в следующую комнату офицеры почтительно остановились вместе с ведущей их стройной женщиной. Лея прошла в спальню, разделенную на два уровня - более низкий, куда она попала при входе, встав близко к длинному изогнутому ряду высоких окон с захватывающим дух видом, и находящийся в дальней части комнаты более высокий уровень, плотно покрытый коврами. Ближе к нему пол был выложен полированным камнем цветов песка и темного шоколада, простираясь в открытый коридор на противоположной стороне. Стены внутри покрывала прекрасная мозаика богатого коричневого и черного, как смоль, тераццо.

Мебель здесь была эстетичной и основательной - явно мужской - значительной, тяжелой, сделанной из дерева, на крепких полированных медных ножках; полностью и безупречно соответствующей стилю. Повсюду были рассеяны различные безделушки со множества планет. Довольно очевидно, что это была очень частная, личная комната.

Хмурясь, Лея взглянула на большую кровать в центре приподнятой области; белые льняные простыни покрывали лежащего на ней человека. Он был окружен различной аппаратурой и медицинским оборудованием, встроенным в изголовье и находящимся в диссонансе с органичным обликом комнаты.

Не желая идти дальше, Лея слегка вытянула шею… и поняла, кто это был; надломленным от внезапного узнавания голосом она произнесла:

– Л..люк?

Ноги тут же понесли ее вперед, и, моментально оказавшись рядом, она протянула руку к его плечу, надеясь разбудить и глубоко внутри зная, что это бесполезно.

Затем она мягко коснулась края его глаза и веки лишь слегка дрогнули в ответ.

– Что вы сделали с ним?
– Лея обвиняюще взглянула вверх.

– Избавьте меня от вашего возмущенного гнева, - парировала рыжая, нетронутая ее эмоциями.
– Вы изменили бы свой тон достаточно быстро, если бы знали…

И, как будто понимая, что она сказала свои слова не думая, женщина нерешительно начала подбирать другие:

– …это… мы… заботились о нем. Его прооперировали вчера вечером – по-видимому, уже в третий раз, начиная с Беспина.

Лея смотрела на нее, пытаясь понять, что та хотела скрыть.

Невысокий темноволосый доктор вошел в комнату с медицинский сканером в руках. Нахмурившись, он взглянул на рыжую, указывая на двери позади него:

– Что происходит? Все было… с кем вы говорите?

Посмотрев в направлении кровати и заметив Лею, он пошел к ней, размахивая руками:

– Нет, нет. Я сожалею, никаких посетителей пока.

Лее понадобилось несколько секунд, чтобы узнать в нем врача, который первым примчался на помощь Люку, когда тот потерял сознание на борту «Тысячелетнего Сокола» после… после Вейдера…

Он уверенно приблизился, явно знакомый со всем этим странным сценарием.

– Это распоряжение коммандера, - кратко ответила рыжая, останавливая доктора и заставляя того озадаченно перевести свой взгляд на Люка.

– Коммандера? Когда?

– Около часа назад, по-видимому. Сказал, что хочет ее видеть. Понятия не имею, зачем, - сухо добавила она.

– Нет, он не мог, - возразил доктор, поворачиваясь к Люку.
– Он еще не просыпался.

Лея хмурилась в замешательстве, оглядываясь на рыжеволосую. Кто был этот коммандер? Почему он позволил ей видеть Люка?

Рыжая сощурила свои зеленые глаза, смотря на дверь.

– Ждите здесь. Наблюдайте за нею.

С грозным выражением лица она многозначительно шагнула к выходу, оставляя Лею с отчетливым чувством, что ей ничего не остается, кроме как быть сопровожденной обратно в камеру.

Она поспешно повернулась к Люку, снова шепча его имя, касаясь щеки. Никакого ответа. Зная, что на нее смотрит доктор, она резко обернулась к нему. Он улыбнулся и невозмутимо шагнул вперед.

– Пожалуйста, простите меня, протокол – не сильная моя сторона; боюсь, это болезнь, присущая большинству докторов. Я - Халлин, врач коммандера.

Он сделал еще один шаг, продолжая улыбаться с искренним, выжидающим выражением.

И Лее пришло в голову, что он не узнал ее - здесь не было никаких охранников, а она до сих пор была одета в свое гражданское платье; он не вспомнил ее. Она тихо отвела взгляд - он был так же и врачом Люка, раз находился здесь? Почему Люку назначили доктора, не говоря уже о статусе этого доктора? Что еще более важно, почему Люк вообще был здесь, а не на тюремном уровне?

Она любезно шагнула навстречу, с намерением выяснить это.

– Лея. Я - подруга Люка. Близкая подруга.

– Ах, - признал доктор.
– Из Дворца?

Лея с трудом поборола хмурое выражение - как этот человек мог подумать, что у Люка могли быть друзья во Дворце?

– Вы… Вы знаете, кого вы лечите здесь?

Доктор удивленно поднял брови, словно разделяя с ней некую тайну.

– Да… а вы?

Лея заколебалась, сомневаясь, как ответить на это - тем не менее ее тон остался возмущенным, нисколько не передающим ее замешательство: