Шрифт:
В ту ночь наши души переплелись.
Ты хотя бы понимаешь, как я зол теперь?
Вот почему мне придется убить тебя, Рэд. Я не могу жить в мире, где ты с другим мужчиной. Мое сердце не желает это принимать. Извини, Рэд. Мне очень жаль. Какая жизнь могла бы быть у нас… А вместо этого приходится готовиться к смерти.
Одинокая девушка с огнем в волосах, 29 лет, чахнет на любовном пепелище. Ищет новое вдохновение, новое пламя для тлеющего костра. Приятного общения, дружбы и — кто знает? — может быть, чего-то большего.
Хотела огонька, Рэд?
Ты его получила.
34
Понедельник, 28 октября
В понедельник, в половине девятого утра, Рэд снова сидела в подвальной консультации неподалеку от брайтонского вокзала, и малиновый Будда милостиво взирал на нее с каминной полки. В комнате было прохладно — допотопный электрообогреватель выдавал лишь скудную порцию тепла.
— Как прошел уик-энд? — спросила Джудит Биддлстоун.
— Давайте не будем об этом.
— Ох, извините, дорогая. Хотите о чем-то поговорить?
— У меня загорелась машина.
— Господи… Вы не пострадали?
— Я в порядке. Успела выбраться раньше, чем она вспыхнула. Потом пришлось терпеть колкости сестры за воскресным ланчем. В общем, не самый лучший уик-энд. Постоянно думала, что мы с Карлом планировали провести его совсем иначе.
— Ваша старшая сестра, Марго, вы ведь называли ее успешной!
— Да, и она всю жизнь напоминает мне об этом.
— Я так понимаю, обрести уверенность она вам не помогла?
— Наверное, нет. Нет.
— Хотите поговорить об уик-энде или вернемся к тому, что обсуждали в прошлый раз?
— Давайте поговорим о Брайсе. Я ведь ради этого к вам и пришла.
— Вы сказали, что частный детектив, которого втайне от вас наняла ваша мать, выяснил, что Брайс лгал вам, так? Лгал о своем прошлом, о том, чем зарабатывал на жизнь. Как Брайс узнал, что вам это известно?
— Я сама сказала ему об этом.
— И как он отреагировал?
— Категорически все отрицал. Говорил, что детектив ошибся и спутал его с кем-то.
— Что потом?
— Я сказала, что мне надо подумать о наших отношениях и нашем будущем. Он и слушать не хотел. Твердил, что мы обручены, что проживем жизнь до конца — вместе.
— А вы были обручены?
Рэд заколебалась с ответом.
— Как вам сказать… В его представлении — да. Мы однажды обедали в ресторане «Куба Либре» — там, где было наше первое свидание, — и он вдруг поставил на стол коробочку. Открыл, достал кольцо и надел мне на безымянный палец. А потом попросил выйти за него замуж. Кольцо, если честно, мне не понравилось, не в моем вкусе — чересчур броское, вульгарное. Да и в нем самом я на тот момент была не уверена. Слишком много было всякого. Как на качелях — то хорошо, то плохо. Мы вернулись ко мне в квартиру и уже там поссорились — он как будто спятил. Закончилось тем, что я позвонила в полицию. Приехал констебль Споффорд. Брайса арестовали и увезли, потому что оставаться с ним я не могла — боялась. Но на следующий день им пришлось его отпустить, потому что до рукоприкладства не дошло, все ограничилось словесными оскорблениями, а выдвигать какие-то обвинения я не стала.
— Итак, полиция забрала его в тот вечер, когда он сделал вам предложение. Из-за того, что Брайс стал на вас кричать. Вы сказали, что вам нужно время — подумать и разобраться, однако ж он считал, что вы уже помолвлены. Вы сами как это понимаете? — спросила психолог. — Какой во всем этом смысл?
— Ну, вот так вот у нас с ним и было. Брайс всегда добивался своего. Получал, что хотел. А противостоять ему я не научилась. Я знала, что не приняла его предложение, но вариант с полицией не сработал — Брайс вернулся на следующий день, милый, внимательный. Вел себя так, словно мы и впрямь обручились. И я под него подстроилась. Не хотела давать ему повод для новой сцены.
— Думаю, причина его срыва была в той информации, которую добыл для вашей матери детектив?
— Несомненно! Чего там только не было, и все — одно другого хуже. Оказалось, что Брайс врал мне о своем прошлом и не сказал, что был осужден в Штатах за нападение на человека. Я хотела порвать с ним, но каждый раз, когда заговаривала на эту тему, он начинал плакать, жаловаться на тяжелое детство, говорить, что я даю ему чувство собственного достоинства. Клялся, что изменится. Говорил, что да, понимает, что не идеален, но детектив, мол, ошибся, принял его за другого человека, а он ни в чем мне не солгал. Брайс умел убеждать, а мне хотелось верить ему.
— Как вы думаете, почему вам хотелось верить ему?
— Когда я узнала, что раскопал детектив, когда поняла, что мама была права, не доверяя Брайсу, я почувствовала себя такой дурочкой. С другой стороны, я столько себя вложила в наши отношения, что не могла просто повернуться и уйти.
— Понимаю, это трудно, — согласилась психолог. — Вот это несоответствие в отношениях, когда понимаешь, что с тобой обращаются несправедливо, что тебя унижают, но при этом не хочешь подвести черту, я сравниваю с опытом солдата-новобранца.