– Дамира, спой еще!- настоял Игорь.

Дамира с опаской снова запела, смотря как одна за другой зарываются раны, а спустя некоторое время, когда прибыла скорая, парень уже пришел в себя. Его унесли на носилках, отметив множество переломов и ушибов. И это при том, что большая часть ожогов и резанных ран на теле к тому времени исчезла.

– Спасибо,- тихо прошептал парень,- и уже едва слышно,- спасибо, Олеся…

Игорь задумчиво смотрел вслед уезжающей машине, пока Дамира после него рассказывала местному представителю власти, что и как происходило. Праздничный настрой утра был безнадежно испорчен, однако ощущение чуда никуда не делось.

– Как думаешь, с ним будет все в порядке?- задумчиво спросила Дамира, проводив полицейского.

– Не знаю, ему явно полегчало…вот только кто его так? И как он попал на тот склон?,- Словно в ответ на его вопрос на указанном им склоне показались люди, полицейские с собаками, с какой-то техникой, - мда…с оригинальностью новогодних праздников мы явно переборщили… хмыкнул Игорь.

– Наверное, хотя… мне нравиться – сверкнула улыбкой Дамира, доставая сок и фрукты из холодильника,- есть будешь, герой-спасатель?

– Буду конечно, я знаешь сколько сил потратил, сначала пока добирался до этого бедолаги, а потом, когда к дому на себе тащил! Не, ну фруктами ты явно не отделаешься. Хочу мяса!- с этими словами Игорь, состроив страшную рожицу, погнался за смеющейся Дамирой по коттеджу.

А спустя еще некоторое время они сидели в уютном ресторанчике, наслаждаясь вкусной едой, красивым видом и обществом друг друга. Спасенный человек не смог отвлечь их от главного суда жизни – любви.

Олеся

Выходные у бабушки прошли замечательно. Радостная бабушка, расспрашивающая о новостях дома, хлопочущая над внучкой как над сокровищем, пытающаяся «подкормить несчастную недоедающую девочку», и мелочи жизни, что порции она ставит на стол такие, что и взрослый голодный мужик не осилит. Олеся, представив, что с ней будет если она такими темпами будет откармливаться, только улыбалась. Да она не то, что не в одну юбку не влезет, ни в одну шубу!

Пару раз правда приставала прабабка со странными вопросами по поводу какого-то дара, какого-то древнего города, но Олеся все списала на старческий маразм, которым бабка уже давненько страдала. Не настроена она была на разговоры с прабабушкой, хоть раньше любила с ней болтать подолгу. Вообще Олеся чувствовала себя иногда как бабочка в куколке, что-то должно произойти, кардинально изменится, вот только что и когда? Привычное не радовало а новое не наступило…

– Мамо, не трогайте дитину, їй оце ще ваших казок не вистачало - отмахнулась от нее бабушка, оперативно прекратив в очередной раз странные расспросы и рассказы, чему Олеся была только рада. Однако счастливая гостеприимная бабушка это хорошо, но дольше нескольких дней – скучно. И потому Олеся, погостив у бабушки неделю, собралась дальше. На ж\д вокзале она снова оказалась вечером, благо движение автобусов возобновилось и с дорогой проблем не было. Взяв билеты в Черкассы и перебирая мысленно к кому б еще из многочисленных, но весьма отдаленных родственников «на голову свалится», она случайно забрела на едва освещенную территорию вокзала .

– Быстро гони кошелек и побрякушки,- сиплый голос заставил ее вздрогнуть и обернуться, а направленный на нее небольшой темный, тускло поблескивающий в плохом освещении пистолет – замереть. Она, испуганно распахнув, глаза застыла с трудом рассматривая стоящего перед ней невысокого сутулого парня с ввалившимися глазами, недельной как минимум щетиной, в какой-то бесформенно-невнятной одежде.

– Что?- что было в тот момент сильней недоумение или страх, девушка б в жизни не ответила. Ее никогда не грабили, да еще с применением пистолета. Она с подобным сталкивалась только в кино.

– Бабки гони, и цацки! Тупая что ли?- дыхнул на нее перегаром молодчик и, выхватив сумку одной рукой, начал в ней рыться. Кошелек нашелся, к Олесиному сожалению на удивление быстро, видно парень был профи по женским сумочкам. Сама б она его так быстро не нашла.

– Так, не вякаем, серьги, кольца, все снимаем!- парень отбросил сумку Олеси в сторону и та угодила прямо в лужу. Проводив ее изумленным взглядом, девушка подняла взгляд на грабителя и направленный на нее пистолет. Черное дуло смотрело на нее, дыхание смерти и пустоты ощутилось почти физически. В голове словно что-то щёлкнуло, кокон треснул… сверкнули алым светом серьги в луче вечернего фонаря и испуганное изумление девушки неожиданно сменилось злостью.

– Я сказал, сняла серьги, курица!- парень требовательно протянул руку к серьгам, и в этот момент Олеся резко пригнулась, увернувшись от захвата, и перехватив руку с пистолетом, мгновенно развернула его, приставила дулом к шее парня и нажала на курок. Грянул выстрел, едва приглушенный воротником куртки грабителя, и изрядно замаскированный начавшим вещать громкоговорителем вокзала.

– обойдешься, это подарок сестры!- Олеся спокойно переступила через дергающегося в предсмертных конвульсиях грабителя и, забрав кошелек да подобрав сумку, пошла на свой поезд, который как раз объявляли. По пути, достав влажные салфетки, она стерла кровь с перчаток и частично грязь с дамской сумочки. Достав зеркальце, внимательно всмотрелась в спокойное лицо, удовлетворенно посмотрела на темно-красные каплевидной формы камни золотых сережек, которые загадочно поблескивали в свете вечерних фонарей.