Костя заёрзал на табурете. Какое же у него самого сердце — дряблое? Спортивное?

— С тобой всё в порядке, — успокоил его отец. — Мы тебя с детства приучили сердце тренировать. Хочешь не хочешь, а оно у тебя в хорошей форме. Ну, может, только малость жирок надо согнать, но ты с этим справишься.

— А можно начать тренировать сердце… в зрелом возрасте?

— Конечно можно. Но для начала надо посмотреть на … как эту вредную тётку зовут?

— Елена Васильевна, — подсказал Костя.

— Леночка, — перевела для отца мать.

— Леночка, — записал в свой блокнот отец, потом выспросил её телефон, перелистнул страницу, обнаружил очередное напоминание и перевёл разговор на главную тему дня: — А теперь скажи, какую нам валюту брать с собой за границу.

— Я вам всё куплю и распишу, только мне надо знать, через какие страны пролегает ваш маршрут.

— Маршрут? А зачем маршрут, ведь в Евросоюзе отменили всякие границы. Куда захотим, туда и поедем, — беспечно отвечала мать.

— Тогда я вам валютный счет открою, — сдался сын. — Можете про это больше не волноваться.

— А мы и не волновались, — проворковала мать. — У нас ведь есть ты.

— Да. — кивнул Костя и сделал ещё одну пометку в ежедневнике, — Завтра я вам ещё позвоню, напомню. Чтоб вы Елену Васильевну не откладывали в долгий ящик.

— А зачем её в ящик откладывать? — удивился отец. — Не, это мы не забудем. Это ведь интересно, не то что евро с долларами пересчитывать.

«Всё равно позвоню!» — подумал Костя.

Один маленький-маленький ангел устал от божественного размаха, утомился игрой стихий, и решил передохнуть на земле, где-то на севере. Среди подёрнутых туманами чахлых ёлок, среди брусничных кустарников сидел он. Вокруг, куда ни глянь, белёсая дымка и поросшие голубоватым мхом болота, словно рука Творца не дотянулась сюда, так только, разметила валунами местность, чтобы вернуться к ней в будущем, да, видно, не до того было.

Маленький-маленький ангел поднялся над этой землёй, поглядел на неё сверху. Не жизнь, а схема жизни. Но схема такая скучная, что никому не захотелось её оживить. Ничего ведь не случится, если он перетащит сюда всё, что ему так дорого, а потом останется здесь жить насовсем? Ангел такой маленький, его исчезновения даже никто и не заметит. Особенно сейчас, когда в мире идёт большое божественное строительство.

Он полетел в Аравийскую пустыню и взял немного песка. Потом навестил Балтийское море и вырезал из него широкую ленту. Промчался над городами, выбрал самые прекрасные здания и высадил их вдоль реки. А когда присел на песок, чтобы вечно наслаждаться делом рук своих, обнаружил, что кругом суетятся и бегают люди, и даже выстроили у него за спиной какую-то угрюмую крепость, да собор в ней замыслили, и шпиль золочёный к нему приладили. Ангелу было тесно среди людей, трудно дышать, и тогда он взлетел на шпиль и замер там. Оттуда лучше видно и песок, и реку, и дома на противоположном берегу. И небо ближе. И люди не досаждают. Разве только раз в сто лет залезет какой-нибудь отчаянный да протрёт ангелу глаза от городской пыли и копоти, чтобы лучше видел дело рук своих.

Денис очень любил эту историю — из всего того, что рассказывал ему в детстве дедушка, он запомнил только её. Оказалось, что Дереза впервые слышит такую сказку.

Они сидели на Петропавловском пляже, на песке, возле самой воды, точь-в-точь как маленький ангел, и смотрели на противоположный берег. Вернее, сидел один Денис, а Дерезе быстро наскучило такое однообразное развлечение, и она начала строить замок из мокрого песка. Каждую стадию строительства она фотографировала с нескольких ракурсов, чтобы потом сделать дома видеоклип. Но вскоре и это занятие ей надоело.

— Я — маленький ангел! — заявила она, отряхнула руки от песка и начала с жужжанием бегать вдоль берега.

— Ты — ангел с мотором? — уточнил Денис.

— Я — маленький ангел с маленьким мотором! — подтвердила Дереза и плюхнулась рядом с ним на песок. — Ангел совершил экстренную посадку! Вжжж! Ангел облучил тебя своими лучами, и теперь ты тоже ангел!

Дереза ткнула Дениса пальцами под рёбра и резко вскочила. Он тоже поднялся на ноги и, неуклюже размахивая руками, начал бегать за ней, монотонно повторяя: «Я укушен ангелом. Я укушен ангелом».

Дереза повалилась на холодный песок и захохотала. Потом сделалась серьёзной, поманила Дениса пальцем. Он подошел, помог ей встать и отряхнуться, и вот они снова сидят на берегу и любуются осенним закатом, как два маленьких ангела.

— Родители запретили мне ехать на фестиваль в Челябинск. Может, одолжишь мне немножко деньжат, я смотаюсь автостопом. Где жить — найду.

Денис прикрыл глаза, прислушался к её желаниям. Желания попасть на фестиваль как такового он не услышал. Зато маленькое, глупое и злое желание сделать наперекор родителям жужжало и завывало, как ангел с моторчиком, застрявший в фабричной трубе.