После завтрака Роган бросил плотоядный взгляд на Лайану и объявил:

— Подойди ко мне, красотка!

Лайана скорчилась от смеха. И тут Заред понял, насколько был прав Северн. Такого брата они не знали. Тот Роган вечно морщился. Хмурился и ворчал. И был полон ненависти.

Задумчиво покачивая головой, Заред вышел из-за стола, но супруги этого не заметили.

За целый день гнев Северна так и не унялся. Он почти все время проводил с рыцарями на ристалище, но Роган не появился.

— Наверное, опять валяется с ней в постели, — пробормотал он.

— Милорд? — не расслышал рыцарь, с которым Северн вел поединок.

Северн сорвал зло на бедняге, атакуя его так свирепо, словно кровного врага.

— Довольно! — прогремел Роган за его спиной. — Или пытаешься убить парня?

Северн остановился и повернулся к брату. Рядом с Роганом стоял его двойник.

— Что здесь делает один из бастардов нашего папаши? — прорычал Северн.

— Он будет тренироваться с нами. Я отдаю его под твою опеку, — ответил Роган и повернулся, чтобы уйти, но Северн схватил его за плечо.

— Черта с два я буду тренировать этого ублюдка. Хочешь, чтобы он жил здесь, занимайся с ним сам! Или пусть твоя жена его тренирует, поскольку теперь она здесь главная. Кстати, это тоже ее идея?

Северн попал не в бровь, а в глаз, поэтому Роган выхватил у рыцаря железную пику.

— Ты у меня проглотишь эти слова! — рявкнул он и бросился на брата. Северн тоже взял пику. Мужчины боролись долго и жестоко в кругу молчаливых рыцарей, сознающих, что причина раздора далеко не так мелочна, как обычно.

Но Рогана в отличие от брата не подогревала ярость. Собственно говоря, он вообще не сердился и просто защищался от нападений Северна.

Оба очень удивились, когда нога Рогана случайно подвернулась и он упал. Роган попытался встать, но Северн приставил острие пики к его горлу.

— Именно это делает с тобой твоя жена. С таким же успехом она может оскопить тебя: и без того уже надела ошейник! — прошипел он.

Он почти дословно повторял сюжет крестьянской пьесы. И тут Роган вышел из себя, оттолкнул пику и вскочил, пытаясь задушить Северна голыми руками.

Шестеро рыцарей повисли на его плечах, и четверо удерживали Северна, пытаясь растащить братьев.

— Ты всегда был дураком там, где дело касалось женщин! — вопил Северн. — Первая жена унесла жизни двух братьев, но что это значит для тебя?!

Роган оцепенел.

— Отпустите меня, — велел он своим людям, и те беспрекословно повиновались. Им не стоило вмешиваться. Роган — их господин и может делать с братом все, что ему будет угодно.

Роган подступил к брату. Синие глаза Северна все еще горели гневом. Рыцари по-прежнему держали его за руки.

— Я велел тебе тренировать нашего брата, — спокойно объявил Роган. — И ожидаю, что ты сделаешь все возможное.

С этими словами он повернулся и пошел назад к замку.

В конце дня мокрый от пота Северн поднялся по каменной лестнице и вошел в покои Иоланты, расположенные над кухней. Роскошь этой большой, залитой солнцем комнаты ошеломляла. Тускло мерцало золото, сияла золотая вышивка, сверкали драгоценности на платьях дам. Но вне всякого сомнения, самым прекрасным предметом в этой комнате была хозяйка. Ее красота, фигура, голос, движения были безупречны. И обладали столь изысканной прелестью, что люди при виде ее часто теряли дар речи.

Узрев разгневанное лицо Северна, Ио небрежным жестом отпустила служанок, велев им разойтись по своим комнатам, а сама налила дорогое вино в золотой кубок, подала Северну и, когда тот осушил кубок одним глотком, вновь его наполнила.

— Рассказывай, — тихо попросила она.

— Все эта проклятая баба! — прошипел Северн.

Ио поняла, о ком он, поскольку Северн последнее время только и делал, что жаловался на новую жену Рогана.

— Настоящая Далила, — продолжал он. — Прокралась в его сердце и высасывает у бедняги самую его душу. Правит им, его людьми, слугами, крестьянами и даже мной. Приказала выбелить мою комнату! Нет такого места, куда бы она не сунула свой нос! Вломилась в комнату Рогана, где он предается размышлениям, а он даже не пожурил ее!

Ио задумчиво наблюдала за любовником.

— А что она сделала сегодня?

— Каким-то образом убедила Рогана привести в замок одного из бастардов нашего отца, и брат велел мне тренировать его. Какой-то торговец шерстью! — с ужасом пояснил Северн.

— А откуда у тебя шишка на лбу?

Северн отвел глаза.

— Подумаешь, просто этому мужлану повезло в драке с шестами. Из него никогда не выйдет рыцаря, как бы ни добивалась этого женушка Рогана. А сегодня я слышал, что она сидела рядом с Роганом, пока тот судил крестьян! Что дальше? Скоро он будет просить у нее разрешения помочиться?