Шрифт:
– Кэп, я сплю, вдруг чувствую: тяжело стало. Открываю глаза, а этот… – Вася остановился, подбирая эпитет, которым еще не награждал Акселя. – Заднеприводный ко мне рылом своим тянется! Пасть раскрыл, скотина тупорогая! Не вру, кэп! Да и ребята видели!
«Непохоже на Акселя, – заметил Блад. – Я этих тоже не люблю, в команду не беру. Аксель нормальный парень, бабник».
– Бывает, – примирительно говорил Вагиф, невозмутимый и толерантный к человеческим порокам, как все медики. – Может, одиноко стало, по женщинам соскучился…
– Я, по-твоему, женщина?! – взбеленился Вася. – Верните бластер! Я щас их обоих пристрелю, чтоб не размножались!
«С чего ему так уж соскучиться? – удивился Акула. – В команде два секс-киборга. Техническими характеристиками ничуть не хуже настоящих баб».
«Да ладно тебе, – отмахнулся Дан. – Какая разница? Подумаешь, проблема».
«Проблема, – настаивал Блад. – Мы и так в дерьме по самые уши. Не хватало еще экипажу пересобачиться».
– Аксель, а что скажешь ты? – спросил Дан.
Окровавленные губы парня растянулись в холодной улыбке:
– Я почувствовал к нему непреодолимое влечение.
Стрелок завыл от ярости и с удвоенной силой принялся вырываться из рук державших его товарищей.
– Убери его от греха, кэп!
– Аксель, будешь жить один, в третьем кубрике, – распорядился Дан. – Вася, уймись, а то сам тебя пристрелю.
Акселя увели, но спокойнее не стало.
– Беда… – на пороге появился Камал. – Здесь беда, я чувствую.
– Здесь гомосек! – возразил стрелок.
Лицо индуса было вдохновенным, глаза горели. Он простирал руки к Дану, повторяя:
– Я чувствую… чувствую… Огромная сила… Это прекрасно…
– Вагиф, уложи его, что ли, – уныло попросил Дан. – Без него психов хватает, – и присматривай.
Глава 9
Сенкевич
Долгое время ничего не происходило, разведывательные зонды мирно летели над горами. На камерах появлялись то серые камни, то мелкие животные, то дохленькие деревца, прицепившиеся к крутым склонам. Слышен был свист ветра, журчание горных ручьев, грохот обваливающихся камней. Вдруг голограмма подернулась чернотой, звуки изменились – теперь это был странный тяжелый рокот.
Синие точки на карте, обозначавшие зонды, почти вплотную приблизились к красному огоньку «Арабеллы».
– Объект находится в трех метрах от разведчика, – проговорил Эрик Лонг.
«Переход на ночное видение», – появилась надпись на голограмме.
Следом раздался дикий рев, и изображение, мигнув, погасло.
«Неисправность, – загорелась следующая надпись. – Дальнейшее выполнение задания невозможно».
Новые зонды постигла та же печальная участь.
– Приготовиться к высадке, – решил Грант. – Пятьдесят человек.
Вскоре из шлюзов корабля вылетели аэроциклы с вооруженными космодесантниками. Ровно гудя, они устремились к горам. Впереди несся Грант, держа курс на красную точку, неподвижно застывшую на карте коммутатора.
Аэроциклы резко взмыли вверх, вонзились в воздух свечой. Под ними проносился каменный склон – вблизи синеватый, поблескивающий серебристыми вкраплениями.
По расчетам компьютера, отряд Гранта должен был достигнуть источника сигнала через два часа тридцать три минуты. При условии, что объект будет по-прежнему стоять на месте.
Но красный огонек на карте вдруг повел себя странно. Он стал перемещаться сначала медленно, потом ускорился и заметался туда-сюда. Спустился в круглую долину, покружил по ней, потом вдруг пополз вверх по крутому склону. Адмирал в который раз пожалел, что на корабле Блада установлено такое несовершенное устройство. Древнее, можно сказать – ни изображения, ни оценки объекта. Оно только давало сигнал, и тот прерывистый.
«Кстати, откуда он там вообще, «жучок» этот?» – спросил Сенкевич.
«У меня нет такой информации».
«Отлично. И почему так необходимо уничтожить этого пирата, ты тоже не знаешь. Помню, я появился как раз в тот момент, когда ты получал задание. Тебе и в голову не пришло уточнить подробности».
«Это не мое дело. Солдат не обсуждает приказы».
«А знаешь, неплохо бы задуматься, – настаивал Сенкевич. – Мне все это не нравится. Странное какое-то задание. Логики в нем нет, а совпадений уйма. Что нужно Бладу на этой планете? А американцам? И почему нельзя было проутюжить горы? Что за интересы здесь у Корпорации?»