– Так я и знал! – закричал водитель. – Так я и думал!

– Молчать! – заорал Георгий. – Двигай отсюда потихоньку!

– Выворачивай к Бирже, – посоветовала Надежда, – там человек ждет. Он хорошие деньги за акции даст, все уже договорено.

Надежда понадеялась, что эти двое отвлекутся на деньги и забудут об опасности. Ее они не тронут, поскольку только она знает, как найти того типа, что сможет продать акции. Она оглянулась и заметила, что Олег выбрался из-под барахтающихся женщин и прорвался к своей машине. Вера пыталась его остановить, тогда он отшвырнул ее, не глядя. Она упала грудью на каменный поребрик и затихла. Надежда охнула, но сообразила, что помочь она Вере ничем не может. Тут же она нашарила под собой сумочку, в которой был мобильник. Перед слежкой Надежда отключила звонок и поставила телефон на вибровызов, чтобы сигнал не раздался в самый неподходящий момент. И теперь сумочка под ней вибрировала вовсю, кто-то звонил Надежде. Она поняла, что судьба посылает ей шанс.

Очень осторожно Надежда сунула руку под себя, поерзала немножко и нащупала «молнию» на сумке. Потянула ее и двумя пальцами вытащила из образовавшегося отверстия телефон. Крепко зажав его в кулаке, Надежда рывком вытянула его наружу и, на ощупь нажав кнопку ответа, заорала что было мочи:

– Спасите! Помогите! Меня похитили! Темно-зеленая машина, возле Фондовой Биржи!

Георгий попытался дотянуться до Надежды, но между ними находился раскрытый кейс, тогда Филин двинул Надежду этим кейсом. Он метил в голову, но попал в плечо. Телефон выпал у Надежды из рук, она отпихнула от себя кейс, и акции рассыпались по салону машины.

– …! – заорал Георгий.

– Сам такой! – огрызнулась Надежда.

Феликс до отказа выкрутил руль и на первой скорости двинулся вперед: весь переулок перед Биржей был забит машинами, и чтобы проехать между ними, требовалось незаурядное мастерство. Прямо перед ними медленно разворачивался сверкающий черным лаком джип «Лексус». Феликс затормозил, чтобы не врезаться в дорогущую машину, – столкновение с ее хозяином не входило в его планы.

– Ну что ты еле ползешь! – прошипел Гера с заднего сиденья. – Надо отсюда скорее сваливать!

– Сам бы сел за руль, – огрызнулся Феликс, – в этом джипяре навороченном небось крутые бандюганы едут, их тачку чуть царапнешь – выскочат всей бригадой, тебе это надо?

– Хоть что-то ты сам можешь делать? – продолжал ворчать Георгий. – Хоть за рулем сидеть?

«Лексус» свернул вправо, и перед Феликсом оказалось свободное пространство. Он радостно надавил на педаль газа, и машина рванулась вперед, как застоявшийся в конюшне норовистый конь.

И в этот момент прямо перед ней неизвестно откуда выскочил видавший виды темно-синий «Опель». Феликс ударил по тормозам, но было слишком поздно. Раздался удар, скрежет металла, звон бьющегося стекла.

– Блин горелый! – выкрикнул Феликс, уставившись на смятый бок «Опеля». – Только этого нам не хватало!

Из разбитого «Опеля» выскочил Олег. Он потрясал монтировкой и надвигался с самым угрожающим видом.

– Ты, козел, первый день за рулем, что ли? Как таким только права дают!

– Сам козел! – ответил Феликс и полез под сиденье, где у него тоже лежало кое-что убедительное.

Гера распахнул заднюю дверь и произнес решительным, многообещающим тоном:

– Лучше вали отсюда, мужик, пока не нарвался на неприятности!

– Валить? – передразнил его Олег. – Интересно, на чем? Вы мою машину разбили к чертям собачьим!

И тут он увидел рядом с Георгием знакомую женщину. Ту самую, которая только что устроила скандал, назвавшись его тещей. А потом смылась, прихватив драгоценный чемоданчик. Между прочим, и сам этот чемоданчик находился тут же, лежал на заднем сиденье между «тещей» и грубым, короткостриженым мужиком.

При виде чемоданчика Олег утратил всякое представление о реальности. Он бросился на превосходящего противника с жутким, оглушительным воплем:

– Отдай!

Этот незнакомец стоял между Олегом и его вечной, трепетной, неосуществимой мечтой – богатством. В этом чемоданчике было все, к чему стремился Олег, стремился всей душой – роскошные машины, великолепные апартаменты, длинноногие загорелые девушки, вежливые темнокожие официанты, золотые карибские пляжи, шорох прибоя…

При виде несущегося на него с выпученными глазами и поднятой монтировкой человека Гера немного растерялся. У этого мужика был совершенно очумелый вид, как будто он накурился какой-нибудь дряни, связываться с таким было небезопасно. Гера захлопнул дверцу. Олег налетел на машину, как цунами, и с размаху разнес монтировкой стекло. Гера вытащил из-под мышки пистолет, другого, более тихого пути разрешить конфликт не оставалось.

И в это время с двух сторон к столкнувшимся машинам подкатили два огромных джипа. Двери джипов дружно распахнулись, из них, как горошины из стручков, высыпали крепкие тренированные ребята во главе с мужчиной средних лет, украшенным кривым шрамом через все лицо и ежиком седых волос.

– Всем стоять! – хриплым пиратским басом рявкнул седой.

И все его поняли. В голосе седого пирата прозвучало что-то такое, что в юридических договорах называют «обстоятельства непреодолимой силы». Все участники бурной уличной сцены застыли, как перед фотокамерой, из которой вот-вот должна вылететь пресловутая птичка. Даже Олег замер, выронив монтировку и навеки распрощавшись с мечтой о золотых карибских пляжах.