Лола ничего не ответила, но старик расценил ее молчание как подтверждение интереса и сообщил:

– Вы слишком хороши для секретарши.

– Ну уж, – недоверчиво проговорила Лола, жадно выпив воду. – В секретарши всегда берут смазливых молоденьких девчонок…

– Я имел в виду вовсе не внешние данные, – уточнил Николай Ардальонович, – хотя и внешне вы гораздо лучше, чем старались казаться… но вы свободно цитируете Шекспира, знаете прозу Юрия Олеши, в вас чувствуется настоящий стиль, а самое главное – артистизм… нет, вы явно могли найти себе работу получше офисной барышни! А тогда, спрашивается, что вам было нужно в «Интертрейде»?

– Интересная работа, перспективы карьерного роста, – отбарабанила Лола, не задумываясь.

– Я вас умоляю! – старик расхохотался. – Интересная работа! Перебирать бумажки, подавать кофе и выслушивать хамство Ларисы Борисовны! Как, кстати, вы называли ее между собой?

– Крыса Борисовна, – машинально отозвалась Лола.

Старик расхохотался. Его смех, и сам по себе неприятный, под конец перешел в какие-то отвратительные булькающие звуки.

– Я подозревал что-нибудь в таком духе, – проговорил он, отсмеявшись. – Вот видите, вы еще и обладаете незаурядным чувством юмора…

– Эту кличку ей дали задолго до моего появления, – хмуро ответила Лола, – мне чужая слава не нужна.

– Пусть даже так, – старик посерьезнел, – все равно, эта работа явно не для вас! Так что объяснить ваше появление в фирме можно только одним: интересом к происходящим в «Интертрейде» событиям. А точнее – к тому письму, которое туда должно было прийти. Разве я не прав?

– Ничего не знаю ни про какое письмо! – немедленно отозвалась Лола.

Она знала, что на допросе, как и в семейной ссоре, главное – это все отрицать.

– Ну зачем же вы так! – Николай Ардальонович поморщился. – Честное слово, вы меня разочаровываете! Я был о вас куда лучшего мнения!

– Что делать, – Лола пожала плечами, насколько это позволяли связанные руки. – Жизнь полна разочарований. Вы, в вашем возрасте, казалось бы, должны уже к этому привыкнуть…

– Зачем же так грубо? – огорчился старик. – Намек на возраст – это удар ниже пояса!

– Правда часто бывает неприятной!

– В этом вы правы, – Николай Ардальонович подошел к своей пленнице еще ближе и склонился над ней, криво усмехаясь, – и в данном случае неприятная правда заключается в том, что вам придется все мне рассказать, хотите вы этого или нет!

– Вы меня будете пытать? – с деланым равнодушием спросила Лола. – Что ж, от вас всего можно ожидать! Я давно уже поняла, что ваша благообразная внешность обманчива!

– Вот уж неправда! – старик снова усмехнулся. – Если бы вы это поняли, вы не сели бы в мою машину! Признайтесь, дорогая моя, что я вас переиграл!

– Ни за что не признаюсь! – проворчала Лола. – Тоже мне, трагик на роли благородных отцов! Да вам с вашей внешностью только графа Дракулу играть!

– Не знаю, какие роли подходят для меня, – старик явно разозлился, – знаю только, что вы играете с огнем! И у меня нет лишнего времени, чтобы продолжать эти пустые разговоры! Последний раз спрашиваю – что вы делали в фирме, для чего вы туда устроились?

– Я работала в фирме офис-менеджером, – отбарабанила Лола заученную фразу, – по-простому, секретаршей. Документы напечатать, по телефону ответить, кофе принести, почту разобрать…

– Вот-вот! – прервал ее Николай Ардальонович. – Кстати, о почте! Что было в том письме?

– В каком? – устало переспросила Лола. – В фирму приходило так много писем…

– Хватит испытывать мое терпение! – рявкнул старик. – Вы прекрасно знаете, о каком письме я говорю! Судя по тому, что произошло на вокзале, вы его подменили! Меня интересует только одно – что там было написано на самом деле?

– Не знаю, о чем вы говорите… – неуверенно отозвалась Лола.

Она чувствовала, что похититель разъярен и вот-вот допрос перейдет в следующую стадию. Она как в воду глядела.

Николай Ардальонович повернулся к своему шоферу, или телохранителю, или просто к подручному – в общем, к мужчине с уныло обвисшими усами, который молча стоял в стороне, ожидая распоряжений.

– Леша, готовь инвентарь!

Тот усмехнулся и направился к одному из стеллажей, протянувшихся вдоль стены.

– Что это вы собираетесь делать? – спросила Лола, испуганно сглотнув и вжавшись спиной в кресло.

Старик не удостоил ее ответом.

Его подручный осторожно открыл одну из клеток, запустил в нее руку и молниеносно вытащил оттуда крупную, испуганно пищащую мышь.

– Мама! – вскрикнула Лола.

Николай Ардальонович надел тонкие резиновые перчатки, перехватил ошалело трепыхающуюся мышь у своего подручного и повернулся к Лоле, держа зверюшку за длинный хвост.

Мышь, судя по ее виду, была перепугана не меньше Лолы. Она тоненько пищала, выдиралась и махала в воздухе крошечными лапками. Старик наклонился над Лолой и стал приближать руку с мышью к ее лицу.