– В дурака умеете?

– Отличная идея, я лучше всех в классе играю, захлопала в ладоши Ленка.

Поиграть не вышло. В этот момент зазвонил будильник и Яна решительным голосом произнесла:

– Праздник закончен пора спать. Выпускницам надо здоровье беречь. Я маме обещала укладывать Лену в десять, а уже почти одиннадцать.
– Несмотря на возражения, сестры отправились к себе.

– В комнате Яна произнесла: "Лена мы с тобой выпили. Чтобы завтра не болела голова надо принять таблетку" - Старшая ловко закинула в рот белый кружочек, затем протянула таблетку младшей.

Решение дать Ленке снотворного, не было спонтанным. Яна все распланировала заранее, специально подобрав безопасный день. Теперь осуществлению задуманного никто не сможет помешать, неожиданным появлением. Оставалось только набраться решимости и дождаться, когда лекарство подействует.

Примерно через полчаса произошло то, что можно было догадаться после Яниного шепота. Видимо дождавшись пока сестра покрепче уснет студентка прокралась в мальчишескую комнату. Павел, спавший сегодня особенно чутко, услышал ее еще в коридоре, но не открывая глаз решил подождать развития событий.

Яна войдя в комнату присела на краешек кровати. В неярком свете керосиновой лампы подросток казался невинным ангелочком. Паренек был так прекрасен, что она несколько минут не решалась потревожить его сон, просто любовалась им. Набравшись смелости, она нежно коснулась его губ.

– Павлик, просыпайся.

– Шатов вынужден был открыть глаза.
– Яна, какая ты красивая.

– Я обещала сделать тебе подарок... Ты хотел увидеть девушку без одежды?
– Чуть улыбнувшись, Яна поднялась и скинула ночную рубашку.

– Павел пожирал глазами обнаженную девушку, дарившею ему себя.

– Позволив налюбоваться собой, Яна взяла руки подростка и положила их себе на грудь...

Павел весь отдался ощущениям и на несколько часов выпал из реального мира. Заснул он только под утро, когда нежно поцеловав, юного любовника, соблазнительница отправилась на кухню мыться, предварительно поменяв предательскую простынку, окрасившуюся несколькими капельками крови, на чистую.

28 марта. Четверг

Утро началось со звона будильника, который появился в комнате. В доме царила тишина и Павел тихонечко умывшись и приведя себя в порядок побежал в госпиталь. Рабочий день поражал скукой. Начальство как всегда отсутствовало. Надо было переговорить с Евгенией Андреевной, только как ее найти. На отделении сказали, что она на конференции и когда будет на отделении-неизвестно. К кому обратиться, чтобы узнать, как до нее добраться? Бегать с вопросами по госпиталю не хотелось. В списке сотрудников значился домашний телефон по которому Павел и решил позвонить. К телефону долго никто не подходил и Шатов решил было положить трубку, когда услышал дребезжащий голос.

– Да, я Вас слушаю.

– Евгению Андреевну пригласите пожалуйста.

– Ее нет, она будет после трех.

– Извините, уточните пожалуйста Ваш точный адрес, у меня нечетко написано.

– Записывайте Байкальская улица...

– Спасибо.

Павел внимательно следил за входной дверью, сидя на случайно добытом деревянном ящике. Сегодня просто повезло с погодой - солнечный весенний день, так что он не слишком замерзнет. "Скоро уже корни прорастут", - думал Паша уже через два часа. Дожидаться прихода преподавательницы пришлось еще около часа. Появилась она только к вечеру. За время ожидания на улице, Павел окончательно продрог. К счастью ожидание не вышло напрасным. Евгения выпорхнула из подъехавшей машины и пошла по направлению к дому, когда Шатов подошел к ней со словами.

– Беда, надо срочно поговорить.

– Давай, заходи.
– Спокойно ответила доктор.

– Лучше, чтобы нас не видели вместе.

– Тогда иди за мной. Евгения Андреевна не удивилась неожиданной встрече, даже была к ней внутренне готова. Михаил Михайлович уже рассказал ей о происшествии, случившемся с портретом и о роли Павла в этой истории. Они даже начали раздумывать о том, как сделать так, чтобы слух происшествии никогда не вышел наружу. Единственным гуманным решением представлялось отправить художника в деревню. О том, что кто-то мог испортить портрет специально не хотелось даже думать.

Минут через двадцать они свернули к частному дому, но прошли дальше, к совсем маленькой избушке. Евгения открыла дверь своим ключом, и они прошли в холодный предбанник.

– Растопи пока печку, а я предупрежу хозяйку и заплачу вперед за дрова.

Печь была уже подготовлена, оставалось только поднести зажженную спичку. Минут через десять стало теплее и можно было наконец погреть озябшие ноги. Сухие дровишки, весело потрескивали даря долгожданное тепло.