«Ведёт себя спокойно, похоже, и в самом деле он с Сарычевым не знаком».

Больше он ничего не успел, контакт глазами был мимолётным. Но Володя внутренне собрался. У ФСБ есть какие-то зацепки, догадки, но не более, иначе шла бы уже не беседа, а допрос. Хотя кто их, спецуру, знает. Не исключено, что разговор пишется, а потом какой-нибудь умник будет проводить анализ, с них станется. Спецслужбы ещё хуже политиков. Те думают одно, говорят другое, а делают третье.

Хозяин кабинета пошелестел бумагами за столом:

– Дело об убийстве расследует Следственный комитет. Но мы тоже не остались в стороне – всё-таки убит высокопоставленный сотрудник силовой структуры.

– Надеюсь, убийца уже задержан?

– Задержан, некий Фирсанов. В убийстве он сознался, всё подробно рассказал.

– Тогда при чём здесь я?

– Вопрос резонный, тем более Фирсанов ни словом о вас не обмолвился.

– Вы меня радуете, – не удержался Володя.

– Не ёрничайте! Незадолго до убийства машину полковника останавливали сотрудники дорожно-патрульной службы. На пассажирском месте сидел человек, по описанию сотрудника полиции очень похожий на вас.

– А вы похожи на моего родного дядю по материнской линии, и что?

Подполковник снова посмотрел в глаза Володе.

«Нет прямых улик, это верно. И Фирсанов в убийстве сознался, и доктора он не видел. Как же его прижать?»

Володя усмехнулся. Зачем полковнику его прижимать? Хочет, чтобы Володя сознался как соучастник? Добыть компромат, чтобы шантажировать? Зачем? Денег у Володи мало, всех накоплений пятнадцать тысяч рублей, и две тысячи в инвалюте, которые он заработал на Викторе и Исааке Соломоновиче. На такие деньги ФСБ наверняка не польстится, мелко.

– Вы не против пройти проверку на полиграфе?

– Детекторе лжи? Вы меня в чём-то подозреваете? Так скажите прямо. И полиграфа я не боюсь. На работе взяток не беру, иностранными шпионами не завербован; что мне скрывать?

Подполковник кивнул и позвонил кому-то.

– Пройдёмте в соседний кабинет.

Володе было любопытно. В институте он подобное устройство видел, рассказывали ему, как оно работает. Если он не запамятовал, на кафедре судебной медицины.

Мужчина в штатском предложил ему сесть и разместил датчики на руках и грудной клетке. Сначала задавал простые вопросы – вроде фамилии. Потом пошли вопросы с подковыркой, затем – про Сарычева.

Володя отвечал спокойно, поскольку вины за собой не чувствовал.

Процедура закончилась.

– Подождите, пожалуйста, в коридоре, – попросил его Толкачёв.

Когда Володя вышел, подполковник спросил:

– Что скажете?

Сотрудник изучал записи на мониторе.

– Странно.

– Что странного?

– Либо он вовсе непричастен, либо специально подготовлен к этой проверке. Все параметры в норме, ни на один вопрос он не ответил лживо.

– А почему странно? Раньше я от вас таких слов не слышал.

– Я сам таких слов не говорил, потому что таких параметров не видел. Даже сказать не могу, как реагировать. Нет такого в учебниках.

– Он доктор. Мог он как-нибудь повлиять на исследование?

– Слабо. Если вообще мог.

– Хм, ещё одна задача. – Толкачёв потёр подбородок. Он ожидал результата иного: врёт или нет и на каких вопросах. Он вышел в коридор.

– Заходите.

Расселись на прежних местах.

– Ещё пять минут с вашего позволения. Исаак Соломонович вам знаком?

– Мимолётно.

– Уже хорошо, что не отрицаете.

– А зачем отрицать очевидное?

– Он рассказывал о вас интересные вещи.

– Неужели он стукачок? Вот бы не подумал!

– Фу, ну прямо так сразу и стукачок!.. Он ведь не нам рассказывал, в своём кругу.

– Значит, стукачок в его кругу, – не сдавался Володя.

Как человек порядочный, он стукачей не переносил. Из таких в непредвиденных ситуациях получаются предатели, и неважно кого – друзей, Родины, фирмы.

– Если то, что он сказал, имеет под собой основу, вы представляете для нас определённый интерес.

– Предлагаете стать стукачом? – удивился Володя. – Доносить на врачей, кто коньяк от пациентов в знак благодарности берёт?

Ему стало смешно. Неужели подполковник думает, что Володя будет стучать в органы? Или он похож на такого?

– Зря потешаетесь! Я предлагаю вам сотрудничество.

– Стать заплечных дел мастером? Я думаю, у вас своих специалистов хватает.

– Какие-то у вас дремучие представления о работе спецслужб.

– На скополамин надеетесь? Или что-то новое появилось? Помнится, читал где-то о Фёдоре Ромодановском. Любил говорить о себе: «Всегда в кровях омываемся».