Вообще, если вдуматься, ему можно было только посочувствовать. Прописанный сценарием характер и роль, вступили в жесткую конфронтацию с не менее базовыми настройками в которых я фигурировал мало того как его лорд, так еще и паладин, в церковной иерархии стоящий ступенью выше прелата. И два уровня Лидерства, вкупе с высокой, положительной репутацией. Идти наперекор моим приказам при таких вводных и тем более саботировать мои решения, он не то что не мог - не хотел! Но и обязанности церковнослужителя, легшие на другую чашу весов, игнорировать было невозможно. Вот и прицепился отец Бенедикт ко мне, пытаясь заставить избавить его от созданной мною же проблемы.

– Сир, я настоятельно прошу вас принять меры, чтобы ограничить свободу передвижения этого нелюдя, - произнес прелат, не так уверенно и твердо, как, несомненно, хотел. Понимания на моем лице своим требованиям он не увидел и заторопился договорить, пока я опять не сбежал, под каким-нибудь благовидным предлогом.
– Не смотря на возможную, хоть и сомнительную, пользу, это существо является язычником, до мозга костей. Он не скрываясь восхваляет ложных богов, повергая в смущение нестойкие умы простых людей.

– Отец Бенедикт, вам не стоит относиться к моему подданному с таким предубеждением, - подавив вздох, произнес я. Долбанный расист, как же ты меня уже достал. Хорошо еще, что три других прелата, отданных ему в подчинение, не лезут ко мне с подобными вопросами.
– И прошу, не называйте его нелюдью. Он Дядя Степа из расы титанов и сомневаться в его верности мне, точно не стоит.

Прелат встретил мой ответ с таким скорбным видом, словно я постулаты его веры только что обрушил, доказав их ложность. Вот ведь дурные сценарии, жить спокойно не дают. И игнорировать их может быть чревато. Священник поднял на меня взгляд в котором усталость в равной мере была разбавлена обреченностью.

Встав со скамьи, отец Бенедикт выпрямился передо мной во весь рост. В своих белоснежных, расшитых золотой нитью одеждах, немолодой, он выглядел где-то даже внушительно. Сомнения на лице уступили место решительности и, будто бросаясь в омут с головой, прелат произнес:

– Ваше Величество. Подобное пренебрежение основами веры - недопустимо! Насколько бы этот нел... титан, не был предан лично Вам, он был и остается убежденным еретиком. Имея возможность невозбранно общаться с Вашими подданными, уже самим этим фактом наносит вред.

И замолчал, смиренно опустив взгляд, в ожидании наказания за дерзость.

Вот что мне с ним делать прикажете? Ведь не фанатик ни разу, умный и даже приятный собеседник, не вызывающий ни малейшего отторжения при общении. Но как же его на этом титане переклинило!..

С трудом удержав злобную ругань при себе, чтобы еще больше не накалять обстановку, молча смотрел на замершего передо мной священника. Если эту гребанную ситуацию не разрулить, боюсь уже представить, к каким последствиям она может привести.

– Я понял вас, отец Бенедикт, - после долгого молчания, справившись, наконец, с эмоциями, заставил мозги подключиться к решению проблемы.
– И, думаю, нашел решение. Поскольку вы являетесь главой прихода в моих владениях, назначаю вас ответственным за приобщение титана Дяди Степы к истинной вере. Добровольное!
– выделил я голосом последнее слово.

Радости на лице прелата после оглашения приказа, я что-то не увидел. Успел уже пообщаться с титаном и составить мнение о его характере, так что хорошо представляет, чего можно ожидать в ответ на проповеди. Но, мне все равно, если честно, сам просил принять решение. Пусть теперь Дяде Степе мозги выносит, вдруг да подействует.

Коротко поклонившись, прелат двинулся прочь. А я повернулся к площадке, на которой, разумеется, за прошедшее время ничего не поменялось. Сэр Мартин с прежней, пугающей легкостью, гонял обоих новичков. Пора бы и мне вернуться к тренировке, хватит отдыхать уже... Хм, а почему бы и нет, собственно?

– Отец Бенедикт.

Прелат, не успевший отойти далеко, развернулся и подошел ко мне.

– Призовите, пожалуйста, Ангела, - озадачил я священника просьбой.

– Здесь? Но зачем?

– Хочу проверить, насколько эти создания сильны, - пояснил я. После чего имел удовольствие наблюдать за стремительной сменой эмоций на лице прелата, изумление, недоверие, возмущение, отчаяние.

– Ваше Величество, так нельзя!

– Отец Бенедикт, - я выставил перед собой ладонь, прерывая священника.
– Это просто тренировка. Никто никого убивать не собирается. Мне нужно знать способности Ангелов, чтобы правильно использовать их в сражении.

Несколько секунд прелат выдерживал мой требовательный взгляд, но, наконец, опустил глаза. Даже жалко его порой становится, но куда деваться? Надеюсь, со временем привыкнет к моим заскокам и перестанет изводить себя, да и меня, ненужными переживаниями.