– Прошу вас, продолжайте наблюдение, Мим. И как только что-нибудь появится, тут же дайте мне знать.

– Не сомневайтесь.

На линии воцарилась тишина. А Пендергаст надолго замер в темной комнате.

Кори припарковала свой арендованный «форд-фокус» на широкой парковочной площадке дома 1 по дороге Вороньего оврага, иначе именуемого особняком Файна. Была почти полночь; громадная бледная луна, низко висевшая в небе, придавала соснам синеватый оттенок на фоне желтоватого снега, расчерченного тенями. Сыпал легкий снежок, и здесь, в чашеобразном плато на краю оврага, Кори чувствовала себя как в перевернутом стеклянном шаре с «падающим снегом». Впереди, словно большие серые зубы, вонзившиеся в бетон площадки, виднелись двери шести гаражей. Кори заглушила двигатель (по каким-то непонятным причинам Файн не хотел, чтобы она пользовалась гаражом), вышла из машины, направилась к двери, снимая на ходу перчатку, и набрала код на замке. Металлические брусья двери поднялись, и она вдруг резко повернулась. У нее перехватило дыхание.

В тени перед гаражом виднелось что-то. Поначалу Кори не могла сообразить, что это такое, но слабый свет от подъемника гаражной двери позволил ей разглядеть собачонку, дрожащую в темноте.

– Ой! – вскрикнула Кори, присев на корточки. – Что ты здесь делаешь?

Собачонка, повизгивая, подбежала к ней и лизнула руку. Это была дворняжка – помесь небольшой гончей и спаниеля с обвислыми ушами, большими печальными карими глазами и с белыми пятнами. Ошейника на псе не было.

– Тебе нельзя здесь оставаться, – сказала Кори. – Давай-ка в дом.

Пес с радостью последовал за ней в гараж. Подойдя к щитку, она нажала одну из кнопок, закрывающую дверь, через которую вошла. Гараж был пуст – бесполезное пространство, залитое цементом. Кори слышала, как снаружи воет ветер, сотрясая деревья. Почему, черт возьми, ей нельзя парковаться здесь?

Девушка посмотрела на пса – тот ловил ее взгляд и вилял хвостом. В его взгляде было отчаяние надежды. «Ну его в задницу, твоего мистера Файна», – словно говорил пес.

Кори дождалась, когда дверь гаража закроется полностью, и только после этого открыла дверь дома и вошла внутрь. Впрочем, в доме было ничуть не теплее, чем снаружи. Она прошла через прачечную, где стояли стиральные машины такого размера, что вполне могли бы обслужить батальон, мимо кладовки, в которую могла целиком поместиться квартира ее отца, и вышла в коридор, проходящий через весь дом. Собачонка трусила возле ее ног. Коридор сделал один поворот, потом другой, повторяя контуры оврага; Кори проходила одну за другой громадные комнаты, наполненные авангардистской мебелью. Сам коридор был уставлен африканскими скульптурами с отвислыми животами и удлиненными злыми лицами, чьи глаза, казалось, провожали девушку взглядом. Большие панорамные окна в разных комнатах слева от нее не имели портьер, и яркий лунный свет отбрасывал жутковатые тени на бледные стены.

Предыдущим вечером – это была ее первая ночь в доме – Кори проверила второй этаж и подвал, познакомилась с планировкой дома. Наверху имелась громадная хозяйская спальня с двумя ванными комнатами и гардеробными, а еще шесть других спален без мебели и многочисленные гостевые ванные. В основном подвале обнаружились тренажерный зал, двухдорожечный боулинг, подсобное помещение, плавательная дорожка – без воды – и несколько кладовок. Было что-то бесстыдное в том, что дом имеет такие размеры и при этом абсолютно пуст.

Наконец Кори дошла до конца коридора – до двери в помещения для прислуги. Она вошла, закрыла за собой дверь, включила маленький обогреватель в комнате, которую выбрала для себя. Принесла из буфета две чаши, налила воды и соорудила импровизированный обед из крекеров и овсянки для пса. Завтра, если ей не удастся найти хозяина, она купит ему что-нибудь собачье.

Маленькое коричнево-белое существо с жадностью набросилось на еду. Бедняга помирал с голоду. Он хоть и был дворнягой, но очень милой, с копной непослушной шерсти, падающей на глаза. Это напомнило Кори о Джеке Корбетте, парнишке, с которым она училась в седьмом классе в Медсин-Крике. У него волосы вот так же падали на лицо.

– Тебя зовут Джек, – сказала Кори, когда пес посмотрел на нее, помахивая хвостом.

Она хотела было заварить себе чашечку травяного чая, но почувствовала, что страшно устала и неспособна на такие усилия, а потому быстренько умылась, надела ночнушку и улеглась под холодное одеяло. Пес, поскребывая когтями по полу, подошел к кровати и устроился рядом на полу.

Постепенно тепло ее тела и маленький обогреватель, включенный на максимум, прогнали холод. Кори решила не читать – лучше уж пусть обогреватель, а не лампочка расходует киловатты. Она будет постепенно увеличивать расход электроэнергии и посмотрит, что на это скажет Файн.

Ее мысли вернулись к свиданию с Тедом. Он был серьезный, забавный, милый, а если немного простоватый, то что ж, фанату-лыжнику и полагается быть простоватым. Красивый, простоватый, беззаботный. Но легкомысленным он не был – напротив, принципиальным. И немного идеалистичным. Кори восхищалась его независимостью: вот ведь взял да и ушел из шикарного родительского дома в маленькую квартирку в центре города.

Она повернулась в кровати, чувствуя, как сон понемногу одолевает ее. Тед был привлекательный и к тому же порядочный, но ей хотелось познакомиться с ним поближе, прежде чем…

…Где-то наверху в чреве дома раздался громкий глухой удар.

Кори села в кровати, мгновенно очнувшись. Что это еще за чертовщина?

Она замерла. Единственный свет в комнате исходил от раскаленной спирали обогревателя. Кори сидела, прислушиваясь, но слышала только слабое и скорбное завывание ветра, мечущегося в чаше гор.

Больше ничего. Наверное, ветер сорвал с дерева мертвую ветку и она ударилась о крышу.

Кори медленно заползла обратно под одеяло. Теперь, зная о ветре, она прислушивалась к его приглушенным стонам и бормотанию. Шли минуты, и дремота снова стала обволакивать ее. Мысли вернулись к планам на завтра. Исследование костей Боудри почти закончено, и если она хочет хоть как-то продвинуть свою теорию, ей необходимо получить разрешение исследовать другие останки. Пендергаст, конечно, предложил ей помощь, и она достаточно знала о его методах вмешательства, чтобы верить, что у него все…