«Семейство Цезаря», так называли в Риме группу вольноотпущенников и рабов принцепса. В начале этой главы мы показали, как постепенно влияние этого «семейства» подмяло под себя само государство, став самостоятельной социальной категорией — союз вольноотпущенников и рабов принцепса, настоящее государство в государстве. Император получил рабов, покупая и наследуя их. Вольноотпущенный всю свою жизнь будет принадлежать хозяину или перейдет к кому-то по завещанию. Скажем, становились по завещанию собственностью принцепса. Рабы и вольноотпущенники отличались друг от друга только по роду занятий. У кого-то ежедневные обязанности и снабжение, другие занимаются домашними делами в императорских резиденциях, а могут и финансовым управлением государства. Чтобы сделать карьеру в рамках «семейства», нужно сначала выполнять скромные, второстепенные обязанности, [216] затем посреднические и только немногие добиваются мест в первом ряду. Дворцовая служба — безусловно, самое страстное желание. Управляющие центральными и народными отделами всемогущи, как, например, секретари, члены императорского кабинета, руководители частными и общественными финансами, глава императорской канцелярии, занимающийся внешней политикой Империи, управляющие бюро, прочитывающие письменные прошения и просьбы, адресованные императору, или вольноотпущенник, подыскивающий доказательства для расследований. Или еще главы отделов, куда стекаются документы, имеющие силу закона, и где приспосабливают их для пользования по форме императорских инструкций. Есть также ответственные за библиотеки, занимающиеся архивами дворца, они же отвечают за сохранность документов. Все эти секретари, руководители отделов приравнены к настоящим министрам, у них множество помощников, некоторые из них рабы. Однажды получив место, заняв пост, вольноотпущенники остаются там надолго, в среднем по десять лет — гораздо дольше, чем всадники.

В правление Клавдия чиновники занимались документами и архивами, контролировали счета, администрацию в целом и сбор средств от налогов. Эти две последние должности быстро получили распространение, они появились во всех больших административных центрах провинций. [217]

Иерархия «семейства Цезаря» была сложной и запутанной, любой ответственный располагал своим собственным кабинетом. Многие императорские вольноотпущенники становились прокураторами. Здесь углядывается некий специфический налет. Эти прокураторы управляли домами, владениями императора в Риме, Италии и провинциях. В последних они играли решающую роль. Некоторые из них были всадниками, но другие — простыми, вольноотпущенниками. Иногда, как в Азии в 54 году, в одну провинцию направлялись два прокуратора: один — всадник, другой — вольноотпущенник. Эта система стала основной при Нероне, особенно в азиатских и африканских провинциях. Освободившиеся после тридцатилетнего рабства императорские рабы могли занимать прокураторские посты в 40 — 45 годах. В большинстве своем должности при дворе отличались степенью ответственности, которая на них возлагается, и содержанием, которое им назначают.

Вольная жизнь «семейства Цезаря» закончилась во II веке. Во времена Нерона она только начала устанавливаться. Вольноотпущенники управляют почтой, администрацией дорог, акведуков, библиотеками, общественными работами, шахтами и мраморными карьерами. Другие заняты работой в качестве слуг во дворце и в частных владениях императора, готовят еду, являются садовниками или простыми сторожами. Они пользовались большим влиянием, в особенности те, кто [218] ответствен за спальню принцепса и вход туда. В конце своей карьеры некоторые из императорских вольноотпущенников или их сыновья вступали в союз всадников.

Растущие амбиции вольноотпущенников — феномен, характерный для I века, — нравились не всем, в частности Сенеке. Много раз в Откровении он высмеивает чрезмерный либерализм Клавдия. По настоянию философа, Нерон, будучи у власти, решает уменьшить их влияние, изменив законы о наследовании состояний. До этого времени император мог потребовать половину состояния себе, если вольноотпущенник носил родовое имя Юлий, Клавдий, Домиций. Теперь 5/6 состояния возвращается императору в том случае, если покойный присвоил себе, не имея на это права, одно из семейных императорских имен, что тогда случалось довольно часто.

После перелома 61 года «семейство Цезарей» вновь обретает свое старое влияние, которое фактически было подорвано, хотя и частично. Разве Нерон не призывал вольноотпущенников убить его мать? Торкваты и Силаны, надо думать, тоже продвигали по службе вольноотпущенников своего дома, которые занимались перепиской, сбором жалоб и денежными поборами. Отныне только цезарь может назначить на подобную должность. В 55 году, когда от Агриппины добивались ответа в связи с интригами, которые плели Силан и Домиций, Нерон не разрешил Бурру самостоятельно вести допрос: это поручение [219] будет выполнять префект претории в присутствии Сенеки и вольноотпущенников, которым поручено следить за допросом. Словом, Сенека следит за Бурром и императорские вольноотпущенники следят за Сенекой. Они не единственные приняли участие в этом деле: все обвинение было составлено при содействии Итурия, Кальвиция, Атимета и Париса. Все четверо — вольноотпущенники, два первых — Силана, два других — Домиция. Ясно, что вольноотпущенники участвуют в интригах двора. По Светонию, некоторые подготавливали бегство императора в Остию, когда в 68 году его падение казалось неизбежным. В их числе, конечно, Патробий, Поликлет, Петин и Пифагор. Другие сопровождали его к последнему пристанищу на вилле Фаона — сам Фаон, а также Эпафродит, Неофит и Спор. Светоний обвиняет Нерона в том, что он уничтожил большое число вольноотпущенников. На самом же деле только трое погибли по его приказу. Но то, что принцепса вынудили пойти на экзекуции, свидетельствует о власти, приобретенной этими людьми.

Гелий был одним из самых значительных императорских вольноотпущенников. Напомним, что именно он руководил Римом во время поездки Нерона в Грецию. Вольноотпущенник Клавдий в 54 году становится прокуратором Азии. К концу 68 года отправляется в Грецию, чтобы убедить Нерона вернуться в Рим: он отдает себе отчет, что его письма не произвели впечатления на [220] императора. Вдохновленный возможностью проявить артистические способности, тот не торопится возвращаться, горя желанием продолжить поездку. Был ли Гелий назначен главой канцелярии юстиции? Трудно сказать. Известно, что Гелий остается с императором до самого конца. Когда Нерон вступил на трон, доминировал другой вольноотпущенник, известный Паллант, ровесник века из Греции, старый раб Антонии, матери Клавдия, освобожденный в 31-37 годы. Марк Антоний Паллант быстро становится во главе финансов Клавдия. Он поддерживает Агриппину и одобряет ее брак с императором. Его влияние достигает апогея в 52 году, когда он подготавливает документ о наказании женщин, которые будут вступать с рабами в близкие отношения. Сенаторы, такие как Барея Соран или Корнелий Сципион, предлагают сенату отметить его преторианскими знаками и сенатским почетным статусом, а также вручить ему большую денежную премию, от которой он, впрочем, откажется. Если первые недели царствования Нерона Паллант сохраняет свою огромную политическую власть, то вскоре его высокомерие и аристократические замашки — он никогда не разговаривал с рабами — не понравятся императору. А поскольку в 55 году Нерон хотел подорвать власть Агриппины, то освобождает Палланта от должности главы канцелярии по финансам.

Паллант был очень богат. Он приобрел, скорее всего, нечестным путем, значительные богатства, [221] и владел имением в Эсквилине и обширными территориями в Египте. Он сохранит — мы об этом упоминали — достаточно влияния, чтобы спасти своего брата Феликса, преследуемого за неудовлетворительное поведение на посту наместника Иудеи. Паллант умер в 62 году, возможно, был убит по приказу Нерона, открыв дорогу другим репрессиям. Здоровья он был крепкого, хотя ему исполнилось уже шестьдесят два года.

На его место был назначен Луций Домиций Фаон. Очевидно, он был рабом тетки Нерона — Домиции Лепиды, которая со временем освободила его. После убийства Домиции император вводит его в «семейство Цезаря». Фаон занимал довольно важный пост в 55-68 годы. Как и его предшественники, он разбогател, исполняя свои обязанности. Обязанности, впрочем, мало выгодные, если судить о финансовых трудностях, с которыми сталкивался режим в этот период. Он спрячет бежавшего императора в своем имении в 68 году и, возможно, именно он выдаст его преследователям. Фаон будет жить и при Домициане и закончит свои дни, уйдя в отставку, в своих владениях.