— Именно потому и лишается. Пока Род Древний, он не пойдет против империи. Мы ее хранители. Как только кодекс нарушен, куда повернется это оружие, не скажет никто. С «политикой партии» спорить можно, но не советую: я не Хрущев и не Брежнев. Можете звать меня Иосиффой Виссарионов.

Лешка хихикнул, но под взглядом подруги сделал вид, что испугался.

— Ты ведь не шутишь, да?

— И не думаю. Я ведь не просто так это говорю, хочу, чтобы вы поняли, на что подписываетесь. Пока клятва не произнесена, у вас есть шанс передумать.

— А потом?

— Потом тоже. Подойти и сказать, что все, устал. Я отменяю клятву и возвращаю сюда с блоком на памяти, чтобы никому ничего лишнего не сболтнули. И не говорите, что это слишком сурово.

— Да не, все понятно, — вздохнул Витька. — Там ты не Снежана, наша боевая подруга, а суровый сюзерен.

Ленайра прикусила губу и кивнула, поглядела в лицо каждого. Взгляд никто не отвел, предыдущие разговоры уже подготовили всех к тому, что их ожидает после перехода в другой мир. И даже хорошо, что они не сразу оказываются рядом с нею, у учителей будет время все им объяснить и подготовить к жизни в империи, научить обычаям и законам.

Следующие три дня запомнились… или не запомнились (это с чьей стороны смотреть) адскими тренировками. Ленайра, словно желая показать, что ждет ребят под ее командованием, составила план занятий и до упора, с семи утра и до двенадцати отрабатывала слаженность работы команды. Потом шли домой, где смотрели добытые Митькой из Интернета ролики боев «Гордых Тигров». Первый же просмотр заставил всех нахмуриться. Даже Лешка перестал ворчать на одержимость Ленайры тренировками.

— А вы обратили внимание, у всех есть рации с гарнитурами?

— Судя по всему, самодельные, — поддержала брата Аня. — Точнее, мне кажется, они каким-то образом адаптировали сотовые телефоны под рации и приделали к ним гарнитуры.

— Кажется, у них есть такой режим, — неуверенно отозвался Витька.

— Есть, нет, переделали или нет — все это уже не важно, — отмела возражения Ленайра. — Если вы заметили, там и другая команда была снабжена рациями.

— А мы использовали без гарнитур… — вздохнул Лешка. — И как не догадались… блин… И Дмитрий Иванович ничего не сказал.

— В моем мире нам придется обходиться без всяких раций, так что надо научиться понимать друг друга без слов.

— Что, даже никаких магических аналогов нет? — удивился Колька.

— Магические аналоги есть, — кивнула Снежана. — Но никак не уровня «на каждого человека». Даже в полку не всегда имеется такое средство связи — очень дорогое оно и компоненты редкие требуются, обработка их тоже сложна.

— У нас их можно сделать? — тут же поинтересовался Витька.

Ленайра наградила его тяжелым взглядом.

— Давай мы не будем захламлять мой мир продуктами вашего технического производства.

— Но ты же…

— Еще раз повторяю: я заказываю очень ограниченную партию амулетов, жестко завязанных на конкретных людей.

— Я не понимаю тебя, Снежана, — вздохнул Витька. — Мы же можем так вооружить наш отряд…

— … что даже последний идиот во вражеской разведке сообразит, что с этими амулетами что-то не так, и начнет копать. И докопается. Последствия подсказать?

— А то с этими не сообразит и не начнет.

— С этими пусть соображает что хочет, но если кроме них новинок, заметно превосходящих уровень наших мастеров, не появится, то вариантов у вражеских аналитиков будет море. Но самое главное, у них не будет повода тревожиться по поводу резкого усиления нашей империи. К появлению новинок у Древних Родов все привыкли, и все знают основное их свойство — служат они только хозяевам. Или, думаешь, наши родовые артефакты не пытались похитить и заставить служить другим родам?

— Все-все, я понял! — Витька даже руки поднял.

— Нашей команде, как вы заметили, я ни в чем не отказываю. Итак, какова наша стратегия?

— О стратегии станем думать, когда Митька раздобудет больше роликов, — заметил благоразумный Борис. — Пока будем отрабатывать слаженность. С этим противником расслабляться не стоит.

…Другие ролики только подтвердили первое впечатление — «Гордые Тигры» с каждым противником использовали свою тактику, подбирая ее под слабости соперников.

— Одно радует, — протянул Лешка спустя минут пять после того, как потух большой плазменный экран, на котором и смотрели ролик, — наши слабости они знать не могут.