Денис услышал знакомую мелодию ожидания на Женькином мобильном телефоне, и бодрый голос с едва уловимым говорком, оставшимся от хабаровского детства, ответил:

– Слушаю. Алло!

– Жень… – Голос звучал так сдавленно, что Денис сам себя не узнал. Он прокашлялся и повторил: – Жень, привет, это я…

– А-а, Денис! Привет-привет! Как отдыхается? Не стреляют?

– Да нет… Хотя надо было бы… кое-кого… Жень… У меня дело такое…

– Слушаю тебя. Только давай быстро, а то я стою под дверью у большого толстого дяди, который обещал нам простить на время пару миллионов, если мы будем хорошими мальчиками. Так что там у тебя?

– Жень… Мне надо срочно решить одно дело… В общем, у тебя, случайно, нет завязок… ребят каких-нибудь… типа конторы Кильдяева? Ну помнишь, посадили его в прошлом году…

Евгений вздохнул и спокойно ответил:

– Ага. Понял. Влип куда-нибудь, что ли?

– Ну да, примерно…

– А подождать это не может? Давай до Москвы, а? Приезжай, поговорим…

– Ну-у… совсем нежелательно… никак… Я тут за две недели чокнусь…

– Ясно… Проигрался?

– Да если бы… Хуже… Тут такое дело…

Евгений холодновато заметил:

– Объяснил бы… Ну, допустим. Ладно. С Оксаной и дочкой все в порядке, по крайней мере?

– Да, да! Здесь другое, личное… Я… ну в общем… Так не объяснишь, но мне крышка, понимаешь. Мне срочно надо, Жека. Ну помоги, прошу.

– Ладно, не напрягайся. Тебе перезвонят.

Минут через двадцать, которые показались Денису вечностью, раздался звонок. К удивлению Дениса, звонил сам Евгений. Голос его звучал холодно и отстраненно.

– Имей в виду… Лишнего не болтай. Обо мне, я имею в виду. Кто чего кому дал… какие наводки. Ясно?

– Ясно, Жень, ясно! Спасибо, я ничего такого…

– Не тарахти. Пиши номер и звони с уличного автомата. Все ясно? Автомат найдешь? Карточку сообразишь купить?

– Да, да! Ну, Жека, чего ты… Что я, совсем, что ли, ботаник? Пишу!

Евгений продиктовал ему номер и, не попрощавшись, отключился. Денис на всякий случай подождал: вдруг просто прервалось, но потом понял, что начальнику очень не понравилась его просьба. Но – товарищ есть товарищ! Мужская дружба – это, конечно, вещь бесценная и непонятная женщинам, предающим одна другую легко и с удовольствием. Сегодня дружили – завтра разодрались из-за какой-нибудь глупости и всё, что знали, рассказали. У мужчин по-другому. Для предательства нужна серьезная причина.

В почти приподнятом настроении Денис оделся и вышел из номера, постаравшись не хлопнуть массивной дверью. Он быстро прошел по длинному коридору и, завернув к лифту, увидел Маргошу. Приостановился, но поворачивать было поздно – дочка его увидела. Правда, тоже явно растерялась и показала большой пакет чипсов.

– Я за чипсами бегала, не доживу до ужина. Маме не говори, ладно? Она мне не разрешает выходить одной…

– А деньги откуда? – нахмурился Денис, соображая: а что же ему про себя-то сказать.

– Мама вчера дала.

– Понятно. А я… сейчас приду. – Денис побыстрее шагнул в открывшийся лифт. Но Маргоша пролезла за ним и встала близко, дыша острым луковым ароматом жареных картофельных ломтиков.

– Я с тобой, пап, ладно? А то мама спит, мне скучно.

– Я – к зубному врачу, – ответил Денис, чуть отодвигаясь от пышущей жаром и луковыми специями Маргоши. – Наверно, зуб придется рвать… – Оттягивая щеку, он показал зуб и тут же пожалел об этом, потому что Маргоша вознамерилась посмотреть поближе и полезла ему прямо в рот.

– Где, пап? Покажи.

Двери лифта вовремя открылись, и Денис с облегчением вышел. Маргоша вывалилась за ним, зацепившись за что-то свисающей лямкой на бриджах. Чипсы посыпались на пол, Маргоша заохала, подбежала неутомимая уборщица, протирающая день-деньской фикусы и карликовые пальмы в коридоре, разулыбался администратор за стойкой. В общем, все в курсе, все вышли провожать бедного Дениса. Паблисити обеспечено.

– Спасибо, дочка, – не удержался Денис.

– Пап?… – Маргоша подняла на него свои большие карие глаза и попыталась понять его неожиданно злой тон. – Я случайно…

– Да ладно. – Денис хотел быстро обойти Маргошу и без объяснений уйти, но она увязалась за ним.

– А зуб какой? Тот, который ты зимой лечил?

– Ммм… Да. Или соседний, не пойму. Беги, малыш, я скоро. Иди, пожалуйста, к маме, и ничего не говори ей про зуб.

– Хорошо. А почему? – Маргоша, не отставая, вышла за ним на улицу.

Денису пришлось остановиться.

– Послушай, малыш…

– Ну можно мне с тобой? Я тебя за руку подержу, когда тебе зуб будут вырывать. Помнишь, как ты меня держал? Потом мороженое поедим…