– Может быть, она из милиции? – испуганно произнес Кирилл.

На лице его разлилась бледность.

– Кирочка! – Старуха презрительно скривилась. – Ты умеешь слушать? Я ведь только что сказала, что у этой женщины ухоженные руки, безупречная кожа… Это похоже на сотрудницу милиции? Это обеспеченная женщина, мой дорогой, поверь старухе!

– Так кто же это?

– Вот и выясни! – хором сказали, повернувшись к нему, бабушка и внучка. – В конце концов, ты мужчина!

– У, бабье! – промычал Кирилл. – Спелись!

– Действительно, братик, – промурлыкала Алена, погладив его по щеке, – пойди, проследи за ней, разузнай что удастся… выясни, кто она… и скорее, пока она не ушла!

– Как, интересно? Подойти к ней и потребовать документы? Мол, проверка паспортного режима?

– Ну уж придумай что-нибудь! В крайнем случае, отвези ее в Комарово… Там большой дом, можно поговорить без помех… особенно в подвале… Надеюсь, ты меня понимаешь?

Алена выдвинула ящик и достала маленький пластмассовый флакон.

– Дай ей вдохнуть это, и на несколько минут она потеряет сознание. Только будь осторожен, дорогой, сам не надышись!

– За кого ты меня принимаешь? – проворчал Кирилл, пряча флакон в карман пиджака.

– От тебя всего можно ожидать!

– Кстати, – снова вступила в разговор старуха, – если вам понадобятся деньги… ну, если ваш исполнитель все-таки согласится отдать завещание, то имейте в виду – у меня кое-что есть…

– Бабуля! – Алена обняла ее, восхищенно улыбаясь. – Я тебя обожаю! Но откуда у тебя деньги?

– Я же не трачу их на косметологов, парикмахеров и прочие, как ты выразилась, дамские развлечения, – усмехнулась бабушка. – Но только на вашем месте я не очень бы на это рассчитывала.

– На что? – переспросил Кирилл.

– На то, что киллер отдаст вам завещание, – терпеливо объяснила старуха. – Мне кажется, он поставил на вас жирный крест.

– Можно с вами посидеть? – утомленным голосом спросила Лола, остановившись возле скамейки и демонстративно вытирая со лба несуществующий пот, как утомленная полевыми работами крестьянка.

– Отчего же нельзя? – ответила одна из пенсионерок, полная тетка с жабьим лицом, подвинувшись и освободив Лоле местечко. – Скамейка общая, места не куплены, посиди, коли устала!

– Хилая молодежь пошла! – подала голос вторая старуха, худая, с поджатыми недовольными губами, в лихо заломленной джинсовой панаме. – Мы, бывало, цельную смену у станка простоим, а потом на танцы, на танцы! Об том, чтоб устать, и речи не бывало, такого и слова-то не знали! А тут десять шагов пройдет – и уже присесть норовит, устала!

При этом она ни к кому не обращалась, но ни у кого не было сомнений, о ком идет речь.

– Я весь день на ногах, – жалобно и как бы оправдываясь отозвалась Лола, – и все по лестницам, по лестницам, что ни дом, то лифт непременно сломан… А что делать? Такая уж работа…

– Это что же у тебя, милая, за работа, что все по лестницам? – участливо поинтересовалась полная, более доброжелательная пенсионерка. – Почтальоном, что ли? Так вроде без сумки…

– От торговой фирмы, – сообщила Лола. – Покупателям сообщаю, которые призы выиграли. Кто холодильник, кто телевизор, кто пылесос или печку микроволновую…

– Что ж, по телефону нельзя, что ли? – задала сердобольная тетка вполне резонный вопрос.

– По телефону? – переспросила Лола, лихорадочно подыскивая объяснение. – Так ведь купон вручить надо, и поздравление от фирмы, и поговорить с покупателем положено…

– Небось, деньги гребешь, коли от торговой-то фирмы, – завистливо проскрипела тетка в панаме. – В торговых-то фирмах страшные деньжищи получают! Вот у меня племянница продавщицей устроилась, так восемь тысяч ей положили! Это же просто бандитизм!

– Да что вы, бабушка! – простонала Лола, закатив глаза. – Копейки платят, еле концы с концами свожу!

– Какая я тебе бабушка? – огрызнулась тощая тетка. – Мне таких внучек даром не надобно!

– Что ты, Макарьевна, пристала к человеку? – вмешалась полная. – Дай ты ей передохнуть! А что, девонька, в нашем-то доме тоже кто-нибудь выиграл? – В глазах у старухи мелькнуло жадное любопытство.

– Выиграли, – ответила Лола, окинув свою соседку честным, бесхитростным взглядом. – Мухиных знаете?