– Эх, жить бы да радоваться! – вздохнул Лёня. – Так нет же, вот какая-то докука!

Тетя Каля с Лолой опустили глаза. Лёня тут же усовестился – никогда еще его так вкусно и сытно не кормили, а он даже спасибо не сказал, только упрекает бедных женщин.

– Ну что, мои дорогие, подведем итоги, – начал Лёня, едва справившись с обязательной после такого сытного обеда сонливостью. – Завещание у нотариуса пропало. Сам нотариус убит, так что мы не знаем, что там бывший муж завещал Калерии Ивановне такого ценного.

– Если сравнить с предыдущим завещанием, – влезла Лола, – то получается, что всего-то и было у Анатолия Сомова дом в поселке Комарово и денег, в общем, не так чтобы много.

Она протянула Лёне листок, который прихватила в нотариальной конторе.

– Да, действительно, – вздохнул Лёня, ознакомившись. – И чтобы из-за этого наследники пошли на несколько убийств? Как-то не верится…

– Ну, бывает, что и за бутылку человека прихлопнут, – философски заметила тетя Каля.

– Но это не наш случай… В общем, так, вы тут пока отдыхайте, а я попробую кое-что выяснить…

– У Алены Мухиной? – проницательно спросила Лола.

Лёня резко повернулся и встретился с ее жестким взглядом. При тетке неудобно было выяснять отношения, но Маркиз понял, что Лола сейчас способна на все.

При всей своей внешней простоватости Калерия Ивановна вовсе не была дурой.

– Я телевизор погляжу! – вскричала она и удалилась в гостиную, прихватив с собой кота и Пу И, чтобы дать супругам, как она думала, выяснить отношения.

Лола поплотнее прикрыла дверь и начала:

– Вот теперь-то я все поняла! Теперь-то у меня наконец открылись глаза на твое подлое поведение! Спасибо тете Кале – приехала, вразумила племянницу!

– Оставь свою тетку в покое, не вмешивай ее в наши скандалы! – отрывисто приказал Маркиз. – Тебе до нее расти и расти. Она три раза замужем была и готовит как бог!

Лола тут же обиделась. Разумеется, тетя Каля готовит лучше нее, но и она сама не в поле обсевок! Все умеет делать, и Ленька сам всегда говорит, что ему повезло с партнершей…

Тут Лола сообразила, что противный Маркиз нарочно уводит разговор в сторону теткиных борщей и котлет, чтобы Лола отвлеклась от Алены Мухиной.

– Нет, ну какова подлость! – закричала она. – Воспользовался тем, что я занята теткиными проблемами, и тут же погнался за первой попавшейся девкой! На минуту нельзя одного оставить!

Лола полностью вошла в роль ревнивой оскорбленной жены, ведь она была отличная актриса, ей нетрудно было войти в образ.

– Тише! – невольно сказал Лёня, ему было стыдно перед теткой.

– Ты на меня не шикай! – вскипела Лола. – Мне скрывать нечего!

– Да? – холодно поинтересовался Маркиз, которому все надоело. – Тогда и мне скрывать нечего. Ты не забыла наш уговор? Мы оба – свободные люди, имеем право на личную жизнь. Ты хочешь, чтобы я все рассказал твоей тетке?

– Шантажист! – Лола задохнулась от негодования.

– Ну, дорогая, успокойся. – Лёня сделал попытку приблизиться к Лоле на два шага, но она тотчас зашипела, как разъяренная кобра, и он остановился. – Ну, я, конечно, признаю, что вел себя несколько легкомысленно, но откуда, скажи на милость, я мог предположить, что твоя родная тетка окажется замешана в криминале?

– Тетя Каля ни в чем не виновата! – вскинулась Лола. – Не сваливай с больной головы на здоровую!

– Тем не менее теперь, я считаю, мы должны использовать сложившуюся ситуацию во благо…

Маркиз нарочно выражался так витиевато, он надеялся уболтать Лолу красивыми словами. Внутренне сжавшись, он снова неуверенно шагнул к ней ближе. Лола сделала вид, что не заметила маневра. Маркиз приободрился и снова сделал шаг вперед.

– Ну сама посуди, – проникновенно продолжал он, – эта самая Алена держит меня за полного дурака…

– И она права, – злорадно вставила Лола.

– Так не будем разуверять девушку! – горячо сказал Лёня. – У меня тут возникла небольшая идея… Если ты мне поможешь, мы очень скоро узнаем, в чем же там прикол с этим наследством и что угрожает твоей родной тете.

Лёня подсел поближе и шепотом рассказал на ухо Лоле свой план.

– Ну не знаю… – протянула она. – А хотя…

Заметив, что глаза у его подруги зажглись зеленым огнем, как у львицы в саванне, Лёня наконец успокоился и отважился погладить ее по голове и чмокнуть в щеку.