— У вас назначено? — спросила она после короткого приветствия.

— Скажите, что я по поводу две тысячи одиннадцатого.

— Простите?

Разумеется, она ничего не знала. Куда подевался остальной персонал, кто промывал бывшим коллегам мозги и на каких условиях — читай, на сколько Зольнеру пришлось раскошелиться за молчание, можно было только догадываться.

— Просто скажите.

Как Джеймс и ожидал, его приняли без промедления.

За три года Зольнер постарел и раздался вширь, но холёности не утратил.

Поднявшись навстречу Джеймсу, он пожал руку. Ладонь у Хендрика была потной, а рукопожатие дрогнуло. Он явно нервничал: возвращение к старой теме не казалось ему добрым знамением.

— О чем вы хотели поговорить?

— Об Элен Буше. Вы наверняка меня помните.

Элен Буше — одна из легенд Хилари.

Её мать родилась и выросла в Лионе, и французский Хилари знала, как родной. После изменения она несколько лет жила во Франции и полностью избавилась от акцента.

Зольнер опустился в кресло и съежился за столом. Джеймсу показалось, что и без того невысокий толстяк стал ещё меньше, будто рост ушел в вес. Говорят, люди полнеют, когда чувствуют себя беззащитными. Глядя на собеседника, Джеймс готов был с этим согласиться.

— Она умерла, насколько я помню, — дребезжащим голосом выдал он, достал платок и промокнул лысину.

— Вы были под защитой Вальтера?

— Какое это имеет…

— Элен Буше была в списке Вальтера, не так ли?

Лицо Хендрика пошло красными пятнами. Он вскочил и заходил по комнате.

— Если вы знаете его имя, вы должны знать, кем он был! Как вы себе представляете, чтобы я утаивал информацию? Я держал клинику, потому что он мне позволял. На его территории. Понимаете, что это значит? Понимаете?!

Джеймс понимал. Значит, утечка пошла из клиники. Хилари, а точнее, Элен Буше занесли в список Вальтера. Для человека в куре дела, с фото на руках, выйти на Хилари Стивенс было разрешимой задачей. Такой вариант не вязался с откровениями Лоуэлла, но теперь Джеймс окончательно уверился в том, что Корделию подставили.

Зацепившись за необходимость разобраться со своим прошлым, узнать больше о провале операции в Солт-Лейк-Сити и его последствиях, он не мог отделаться от этой мысли. Документы — залог сотрудничества с Орденом, оказались у него сразу после разговора с Сухаревым. Джеймс не думал, что вернется к ним до окончания расследования, но после разговора с Натальей понял, что затягивать не стоит.

Гнездо измененных в заброшенном доме сдал стукач из филиала в Солт-Лейк-Сити. В дело вложили протокол совещания: перед операцией экстренно обсуждался вопрос об её отмене. Поднял его один из Боссов. Рейд всё-таки состоялся, и полетели головы оперативников. Хилари и её дружки знали, что они придут, и подготовились основательно.

Джеймса тяжело ранили, но Хилари оставила его в живых. Месяц вынужденного бегства бок о бок с измененными заставил его взглянуть на неё иначе. Она со своими ребятами оказалась под Солт-Лейк-Сити, чтобы разобраться с другими кровососами. Банда зарвавшихся тварей кочевала из города в город и убивала людей. Кто-то из ублюдков вышел на информатора Ордена и сдал команду Хилари.

После гибели целой опергруппы их преследовали через все Штаты. Все понимали, что травля не прекратится. Они с Хилари «умерли» в один день. Медальон смерти 36 нашли на обгоревшем до неузнаваемости парне в багажнике машины, упавшей с обрыва. Второе тело — точнее то, что от него осталось, на водительском сиденье, а документы на имя-легенду Хилари в сумке, «выпавшей» из разбитого окна авто до взрыва.

Нелегко было примириться с мыслью, что именно Корделия не позволила Ордену добраться до сестры. Хилари говорила о двойном агенте, работающем и на Орден, и на измененных, но об этом человеке в деле не упоминалось. Долгое время Джеймс считал, что их бросили на передовую, как пушечное мясо. Это было правдой, только никто в филиале Солт-Лейк-Сити не догадывался, что отправляет их на смерть.

Из головы не шли слова Натальи: «Саша готова умереть за Оксану, хотя никогда себе в этом не признается». А что насчет Корделии? В прошлом году она отправила его к Нью-Йоркскому Архивариусу на дом. Раскрыла кладезь информации, дала доступ к святая святых. Не нагружай он себя стимуляторами, чтобы добраться до Хилари, задумался бы сразу, ещё на Острове. Кармен была той ещё сукой, но проворачивать такую комбинацию просто ради развлечения — не слишком ли опасное удовольствие?

Джеймс впервые узнал настоящее имя Кармен — Корделия Эшли — в самый разгар чумы измененных. Хилари многое рассказала ему о себе в те дни. О сестре, с которой не общалась больше двадцати лет. Она думала, что умрет, и говорила обо всем, что тяжестью лежало на сердце. Воспоминания по-прежнему причиняли ей боль.

Сестры были подростками, когда банда отмороженных измененных решила поразвлечься. Хилари, Корделии и их родителям не повезло оказаться отрезанными от мира в загородном доме под Карлайлом. Однажды вечером к ним постучала приятная молодая девушка, чтобы попросить телефон, потому что у её приятеля «заглохла машина». Последующие дни превратились для семьи Эшли в кровавый ад, круги которого нанизывались один на другой.

В ночь, когда полуживую Хилари забрали с собой, она думала, что семья мертва. Её изменили, чтобы растянуть издевательства, превратить в послушную игрушку, а впоследствии сделать одной из них — кровожадной тварью с поломанной психикой.