— Вряд ли мы знаем больше, чем вы, — осторожно ответила она. — Из серьезных игроков я знакома только с Джорданом. Руководителя проекта звали Джек Лоуэлл. Он нашел меня два года назад. Сказал, что сможет заинтересовать тех, кто подставил моего отца. Джек говорил об измененном по имени Вальтер, имя которого сыграет ему на руку. Лоуэллу так и не удалось доработать вирус, чем очень расстроил Рэйвена. Джека убили, а все данные уничтожили.

Демьян откинулся на спинку стула и задумчиво изучал пару за соседним столиком: это отвлекало. Девица, несмотря на вполне пристойный наряд, выглядела вульгарно. Она пошло демонстрировала декольте мужчине, соблазняя его с изяществом дешевой проститутки. По сравнению с ней Ванесса выглядела королевой. Впрочем, сравнивать их было смешно — все равно что поставить гиену рядом с лисицей.

Лисица. Хитрая маленькая дрянь. Но какая отважная! Вероятно, отец значил для неё слишком много, если она до сих пор сидит за этим столиком. Смотрит ему в глаза и изображает саму простоту.

Фоновая музыка лилась отовсюду, заполняя собой весь зал, из многоголосого звучания посетителей лишь изредка доносились любопытные напевы, лишенные фальши.

Имя Вальтера — билет в мир измененных, высший допуск. Керт попался, что само по себе невероятно. Ежели кто и осторожничал, так этот изворотливый сукин сын. Кто-то переиграл его, как мальчишку. Прикрываясь именем Демьяна, вытащил из норы и пустил в расход.

Демьян привык к роли кукловода, а не марионетки. Обо всем, что касалось мира измененных, он узнавал в первых рядах, но нынче неприятные открытия сыпались на него, как из рога изобилия. Обстоятельства напоминали снежный ком, который все ещё набирал скорость. Он узнает об этом чертовом проекте всё! Имена каждого сотрудника, пусть даже они поливали цветы в кабинете Лоуэлла.

Демьян не рассчитывал на долгое сотрудничество с Рэйвеном, и Сантоцци наверняка об этом догадывался, иначе ни за что не показал бы ему сценарий спектакля, который не дожил до премьеры. Хитрый изворотливый змей. Что же, теперь он выложит на стол всю колоду.

— Сменим тему, — холодно отозвался Демьян, — не хочу портить такой прекрасный вечер разговорами о том, что осталось в прошлом.

Наступило время антракта. Стоило подумать, как повернуть обстоятельства в свою пользу. О заговорах Сантоцци и о том, что делать с самим американцем. Слишком многое сейчас поставлено на карту, чтобы позволить себе поспешные выводы и доверять первым суждениям.

Прошлое тесно переплелось с настоящим. Убийство Филиппа, исчезновение Фелисии, загадка Вальтера, проект, в котором засветилось имя Керта. Чтобы распутать этот клубок, времени потребуется немало.

В беседе за десертом они умело огибали острые углы, и Ванесса понемногу расслаблялась. Она больше не играла, одного потрясения за вечер хватило с лихвой. Лисица выдержала удар и продолжала вести свою линию. Это восхищало.

После ужина Демьян проводил её до лифта и достал из кармана пиджака визитку.

— Позвоните мне ближе к выходным, — дань вежливости, не больше. Немного сомнений ей не повредит — может статься, она «вспомнит» что-нибудь ещё.

Демьян поцеловал ей руку, подводя черту.

— Спасибо за прекрасный вечер, Ванесса.

— Вам спасибо, Дэмиан, — улыбнулась Ванесса в ответ. Она убрала визитку в сумочку и бросила на него внимательный взгляд, словно вспомнила о своей роли.

В том, что она позвонит, Демьян не сомневался. Если бы не личные интересы, никто бы не заставил лисицу тащить свой пушистый хвост в Россию. После нынешнего вечера он ещё больше хотел взглянуть на её досье.

— Доброй ночи, — коротко попрощался он перед тем, как нажать кнопку вызова лифта.

Раздумья о Михаиле не давали покоя. Все же, если это его рук пьеса… Мог ли он попытаться обставить его, замахнувшись на проект с разработкой вируса? Любой эксперимент — удачный или не очень, оставляет после себя не ягодки, но цветочки. Какова вероятность, что Лоуэлл все уничтожил? Из какой дыры он вылез?

Вопросы множились, как грибы после дождя. Несмотря на волну ярости при мыслях о предательстве Стрельникова, Демьян не хотел вызывать к себе Гену и бросать отрывистое: «Разберись». Пока не хотел.

Миргородская приняла его просьбу близко к сердцу и наверняка побежала жаловаться Наталье, но Демьяну было все равно. Наталья — женщина умная, и понимает, что ставки в этой игре слишком высоки и что от её внучки не убудет совместить приятное с полезным.

Наталья не звонила, и Демьян тоже. Впервые за все годы их знакомства между ними раскинулась пропасть молчания. Что она могла ему возразить? Да и что он бы ответил?

Домой Демьян вернулся за полночь. Музыку, льющуюся из зала, он узнал сразу. Нежная соната о несбывшихся надеждах. Он написал её для Анжелы, на второй год их знакомства. Ему всегда нравилось слушать, как она играет, но нынче краткие касания памяти не вызвали ничего, кроме смутной досады. Головная боль терзала виски, вилась по шее, вдоль позвоночника, через раз отзывалась удушьем. Играть около часу ночи и когда привычный мир летит в тартарары 13 — вполне в духе Анжелы. Демьян с трудом удержался от искушения высказать свое раздражение, но вспомнил, что ещё не говорил с ней ни о Филиппе, ни тем более о Вальтере.