— А что же с ними случилось? — Прошептал Бильбо.

— Они умерли. — Мой голос разрезал густую тишину. Я обернулась и посмотрела на сидящих за столом мужчин, пока мой взгляд не остановился на Гендальфе. — Печаль первого мужчины со временем переросла в обиду, а потом в зависть. Он хотел доказать богам, что он тоже мог творить жизнь, что он ничем не хуже. Его огонь требовал величия и власти, над голубой звездой и над женщиной. Век за веком, тысячелетие за тысячетелетием мир всё больше забывал и терял душу. Человечеством правили холодный расчёт и разум. Постоянно стремясь к величию, люди поработили, извратили и разрушили голубую звезду. А когда ничего не осталось, они обратились друг против друга. — Я тяжело вздохнула. — И началась война. За день они уничтожали целые города и страны, пока на звезде не осталось ничего кроме пепла. — К горлу подкотил комок, но я всё же продолжила. — И тогда последние женщины обратились к богам. Они просили избавить звезду от того ужаса и горя, которые захлестнули всё вокруг. Дочери богов знали, что если исчезнет этот мир, исчезнут и они сами, но были готовы пожертвовать собой ради жизни голубой звезды. — Мой голос дрогнул, и я отвернулась к огню, стремясь скрыть захлестнувшие меня эмоции. За моей спиной, Беорн тихо продолжил.

— Боги их услышали. С горем и тоской, они выполнили последнюю просьбу своих детей. И на звезду полился живительный дождь божественных слёз, пока вода не покрыла всё вокруг, скрывая и очищая… Погибло всё, остался только великий и необъятный океан, где в глубинах ещё теплилась жизнь. Звезда снова стала голубой, но её красота уже не радовала богов. Она постоянно напоминала им о том, что они потеряли. И тогда, в тоске и печали они покинули эту Вселенную, и после многие миллионы лет, голубая звезда оставалась необитаемой. Пока однажды её не увидел Эру, и, как когда-то древних богов, его пленила её красота…

— Но это уже ваша история. — Прервала я Беорна. — Моя закончилась задолго до этого.

Все молчали, только поленья потрескивали в камине. В красных языках пламени мне ясно виделись исчезающие знакомые города, дорогие и любимые лица.

— Ирина, ты?… — Неуверенно начал хоббит.

— Она дочь того погибшего мира, волею случая занесённая сюда. — Ответил ему волшебник.

В воцарившейся тишине я вдруг почувствовала себя невыносимо чужой и одинокой и поспешила незаметно выскользнуть на улицу. Стояла полная Луна, и передо мной в своём величии и великолепии расстилалась посеребрённая равнина. Я стояла у изгороди, снова ощущая этот исцеляющий покой, которым здесь было пропитано всё вокруг. В тот момент мне, почему-то, вспомнились недавние слова волшебника. — Да, я всё потеряла. И всё что у меня есть — это моя жизнь и я сама. Но что же я смогу найти…?

Я попала в Средиземье в феврале 2014 го. До великого потопа оставалось три года. Последней датой в книге, которую я нашла у Гендальфа, был год 2019. После этого человечество, как и большая часть жизни на Земле, перестали существовать.

Этой ночью Торин долго не мог заснуть из-за постоянно крутившихся в голове мыслей. Его отряд покинул Шир почти 2 месяца назад, и вот позавчера со склона он смог впервые различить призрачные очертания Одинокой горы. И впервые, с самого начала путешествия Торин осознал реальность происходящего. Тролли, эльфы, гоблины и орки — всё это пролетело перед его глазами словно сон, и только сейчас цель из мечты стала преобразовываться в действительность. Они возвращались домой. Из груди гнома вырвался невольный вздох, и его мысли, резко сменив направление, обратились к событиям сегодняшнего вечера.

С одной стороны, история казалась ему абсолютно невероятной и неправдоподобной. Древние боги и исчезнувшие люди, да если бы кто-то рассказал это ему в другое время и в другом месте, король бы просто посмеялся, решив, что рассказчик или слишком много выпил, или просто нагло врёт. Но не сейчас. Казалось, всё, что так раздражало, ставило в тупик, а, порой, пугало и настораживало гномов в их странной попутчице, неожиданно нашло своё логическое объяснение. Даже её попытка сброситься со скалы — ослабленные ранениями тело и разум женщины просто сдались под натиском ещё одного потрясения. И самое странное было в том, что он её в чём-то понимал. Нет, добровольно забрать свою собственную жизнь для гномов было немыслимо, но то отчаяние, которое накрывает с головой, когда осознаёшь, что потерял всё — это сам Торин испытал на себе. Однако у него ещё была надежда. Надежда вернуть то, что было украдено, и он готов был биться за это до последней капли крови. У неё же не было и этого.

Король снова повернулся с бока на спину, когда входная дверь тихо скрипнула. Гном мгновенно сел на спальном мешке и успел краем глаза уловить, как что-то светлое мелькнуло за дверью. Он быстро огляделся: нет, все, включая хоббита, были на месте и крепко спали. Отсутствовали только маг (что Торина уже давно перестало удивлять) и женщина (хозяин дома настоял на том, чтобы та спала в отдельной комнате). Чуть помедлив и решив, что сон, всё равно, пока не придёт, гном как можно тише поднялся и вышел на улицу.

Было полнолуние. Ночь была светла и безмолвна. Торин невольно замер в нерешительности, не зная куда теперь идти. Он уже хотел махнуть на всё рукой и вернуться, когда его слух уловил лёгкий плеск воды. Нахмурившись, гном решительно свернул налево к деревянному настилу, ведущему к озеру. Вскоре его взору открылась тихая и сияющая водяная гладь, а ещё через несколько шагов король-под-горой в изумлении замер.

Это было как тогда, почти месяц назад, и всё же по-другому. Она опять танцевала в лунном свете. Тёмные волосы распущены, глаза закрыты, движения, как и он запомнил, так же легки, грациозны и волнительны. В этот раз её нагота пряталась под сорочкой, хотя тонкая ткань почти не скрывала изгибы женского тела. Торин прерывисто вздохнул и интуитивно шагнул вперёд, и в тот же момент на его плечо опустилась тяжёлая рука.

— Не стоит. — Раздался над головой голос Беорна. Гном попытался высвободиться, но огромная ладонь лишь крепче сжалась, удерживая его на месте. — Она не для тебя, гном. — В голосе хозяина появились угрожающие нотки.

— Может тогда она для тебя? — Процедил сквозь зубы Торин, а в сердце заворочалось странное чувство тёмной ревности.

— Нет, и не для меня. — Чуть мягче добавил оборотень. Король взглянул на Беорна, но тот неотрывно следил за окутанной серебристыми лучами фигурой. — Посмотри, она даже не касается воды… — Мечтательно прошептал оборотень. Гном обернулся к танцующей женщине и с изумлением вынужден был признать правоту своего нежданного собеседника. Торин только сейчас заметил, что их попутчица находилась почти на середине озера и ступала по водной глади, как по мрамору. В этот момент она вдруг закружилась, взметая фонтан искрящихся брызг вокруг себя.