Но тут раздался другой звук – треск ключа, поворачиваемого в замочной скважине, и он нарушил мирное течение утра. Почти сразу за этим со скрипом открылась входная дверь. Приподнявшись на локте, я нахмурилась. Анна только что вернулась? Я знала, что накануне она работала в ночную смену, а еще она говорила, что после работы пойдет куда-то с подругами, но все равно было слишком поздно, даже для Анны. Если, конечно, она не переночевала где-то еще.

Возможно, она встретилась с Гриффином, чтобы поздравить его с большим событием, но точно так же это мог быть и какой-нибудь случайный парень, которого она подцепила в баре. Взаимоотношения Анны и Гриффина были весьма странными. Вместе они просто сливались воедино – постоянно целовались, держались за руки и терлись друг о друга. Но когда они разлучались, никто бы и не заподозрил, что у каждого из них есть пара. Они без смущения заводили новые знакомства. Мне это казалось непонятным, но их, похоже, все устраивало, так что я помалкивала.

Когда Анна радостно поздоровалась с Келланом, я понадеялась, что он все-таки не расхаживает по кухне в одних трусах. Я оглядела пол, где до сих пор валялась одежда – к счастью, только моя. Хотя Анна и Келлан общались всего лишь приветливо, я вовсе не хотела, чтобы сестра глазела на моего парня больше обычного. Она держалась от Келлана на расстоянии с тех самых пор, как поняла, что мы с ним сблизились, но ее взгляд порой слишком уж оценивающе скользил по моему другу, словно перед Анной было произведение искусства, вызывавшее в ней горячее одобрение. Я вполне ее понимала, ведь я и сама ежедневно одобряла Келлана.

– Привет, Келлан, с добрым утром!

– С добрым утром, Анна. Ты что-то поздно… или рано.

Анна вздохнула, опустив на пол тяжелую сумку:

– Ну, я отправилась к Питу. Наткнулась там на ребят.

Келлан негромко хихикнул, наверное подумав о том же самом, о чем и я недавно: что Анна развлекалась с Гриффином до самого утра. У меня что-то сжалось в животе, когда я представила, что они могли вытворять, и я наконец заставила свое расслабленное тело подняться с постели.

Анна хрипловато смеялась, пока я доставала из шкафа свободные брюки и поспешно натягивала их прямо на голое тело.

– Я слышала, вы, ребята, устроили воистину отличное представление. – Анна страдальчески вздохнула. – Как жаль, что мне пришлось это пропустить!

Келлан небрежно бросил:

– Да просто очередное выступление, ничего такого, чего ты раньше не видела. Так что не беспокойся.

Я покачала головой, надевая легкую удобную рубашку. Просто очередное выступление? Как-то уж слишком безразлично Келлан говорит об этом… Я ведь знала, что для него фестиваль имел особое значение. И выступление взбудоражило его, зарядило его энергией. Уж я-то это поняла, когда Келлан прижал меня к двери накануне вечером. Прикусив губу при этом воспоминании, я быстро пригладила волосы, горя желанием поскорее увидеть этого страстного мужчину.

Тихонько выйдя из комнаты, я сразу увидела в кухне Анну и Келлана. Келлан стоял лицом ко мне, облокотившись на кухонную стойку, и тихо разговаривал с моей сестрой, скрестив руки на груди. Анна же стояла ко мне спиной, и ее длинные, изумительно блестевшие волосы выглядели уж слишком идеальными для столь раннего часа.

Невольно я подумала, что, если бы в прошлом году моя сестра добилась своего, эти двое могли бы стать парой, а не друзьями. И когда губы Келлана слегка изогнулись в мягкой улыбке, а я в очередной раз отметила, как роскошно смотрится его вечно нечесанная шевелюра, мне без труда представилось, какой великолепной, потрясающей парой они бы были.

Вскинув подбородок, я глубоко вздохнула. Этого не случилось. Келлан ни разу не дотронулся до Анны. Моя сестра понятия не имела, каковы на вкус его губы, какие у него пальцы, какие звуки он издает, занимаясь любовью… Она не слышала, как он говорит: «Я люблю тебя». А я слышала – и не раз.

Эта уверенность заставила меня шагнуть вперед, и я не спеша вошла в кухню. Они оба обернулись, когда я появилась в маленькой комнате. Улыбка Келлана стала шире при виде меня, а его глаза вспыхнули.

Я подошла и обняла его за талию.

– С добрым утром, соня! – выдохнул он, целуя меня в макушку.

Довольно вздохнув, я уткнулась лбом в его шею:

– С добрым утром.

Сестра тихонько фыркнула.

– Боже, вы оба просто восхитительны! – Она шлепнула меня по руке и закатила глаза. – Это иногда раздражает.

Я улыбнулась, а потом рассмеялась:

– С добрым утром, Анна. Что, не выспалась?

Усмехаясь, Анна прикусила безупречную нижнюю губу и вскинула одну бровь почти так же ловко, как Келлан.

– О да!.. – Она показала пальцем на нас обоих. – И могу гарантировать, что моя ночь была не такой миленькой, как ваша.

Вспыхнув, я отвела взгляд, а Анна расхохоталась. Ее смех был горловым и сексуальным, что мне никогда не удавалось. Келлан тоже засмеялся, крепче прижимая меня к себе:

– Я бы не сказал, что наша ночь была просто милой, Анна.

Вскинув глаза на Келлана, я хлопнула его по груди, покраснев еще сильнее. Пусть даже наша любовь была немного более сдержанной, чем хотелось бы Келлану, и более домашней, чем то, к чему была склонна моя сестра, я не видела необходимости болтать об этом. Улыбнувшись мне, Келлан не стал развивать тему, и я расслабилась. Он вовсе не был открытой книгой и обычно не слишком много говорил о своей жизни – к счастью, это касалось и наших сексуальных отношений.