Незаметно, компания вышла на улицу Северную и повернула направо. Илья с Лехой снова ушли вперед, ведя напряженную политическую дискуссию, остальные трое парней тормозили каждую проезжающую мимо машину, в надежде договориться. Они успели пройти не больше километра, когда водитель невзрачной копейки согласился подбросить молодых людей всего за 200 рублей. Считай — бесплатно.

Леха на правах «вождя» уселся спереди.

Водитель рассмотрел, что на заднем сиденье все плотно утрамбовались и тронул машину вперед.

Через полчаса Илья бодрой походкой подходил к своему к дому и ехидно улыбался.

Он очень продуктивно и даже увлекательно пообщался с «бандой». Леха и его друзья с удивлением узнали, что скинхед движение родилось совсем не в фашистской Германии, а в Англии, как рабочее и интернациональное. В нем было множество выходцев с Ямайки, даже Боб Марлей в свое время был скинхедом! Такие шокирующие новости Лехе и его бойцам не понравились. Они обещали изучить этот вопрос и при следующей встрече обязательно набить Илье морду — чтобы тот меньше умничал.

— Против правды не попрешь! — с удовольствием подумал Илья и прибавил шагу.

Очертания знакомого здания показались из-за поворота, он уже ощущал мягкость постели и теплоту одеяла. Но одна мысль не давала ему покоя.

Остановившись у подъезда, он закурил сигарету, вытащил из кармана монетку и подкинул ее в воздухе.

— «Решка», — сказал про себя Илья.

Тогда он достал телефон, нашел нужный контакт и нажал на вызов.

— Илья? Ты с ума сошел в такое время звонить?

— Славик, не парься. Говоришь, когда твое КСП начинается?

— Через две недели.

— Короче, давай в среду встретимся и расскажешь мне обо всем. Хорошо?

— Ушам своим не верю. Ты все-таки решил поехать на КСП! — даже несмотря на прерванный сон, обрадовался Славик.

— Точно. Представил себе, что в понедельник опять нужно идти на работу, потом снова на работу и снова… очень нехорошо стало. Душа рвется куда-то вдаль!

— Все в твоих руках, чувак. В твоих собственных руках.

Все реальности существуют в квантовом мире одновременно. Все зависит от того, какую из них считать наиболее подходящей. Мир вмещает в себя все возможные линии реальности, до тех пор, пока мы не выбираем одну из них.

Элементарная частица может находится больше, чем в одном месте одновременно. Интересным следствием этого является то, что частица может находится не только в нашей вселенной, но одновременно — в совсем другом мире, который мы не можем воспринимать имеющимися у нас органами чувств. Кто сказал, что мы, целиком и полностью состоящие из элементарных частиц, не можем одновременно находится еще где-то? Уже больше ста лет наука допускает возможность существования миров, не воспринимаемых органами чувств человека. Мистика и прочие предрассудки не имеют к этому никакого отношения.

Михаил Афанасьевич любил свой кабинет. Сюда приходили его подчиненные за советом, приказом или чтобы получить начальственного нагоняя. В такие моменты Михаил Афанасьевич чувствовал себя вождем стаи — впереди лежит туша только что убитого оленя и ОН решает, кто будет грызть ребра, кому достанется окорок, кто-то довольствуется рогами с копытами. А кому-то и вовсе придется идти на стол в качестве главного блюда. Что-то примитивное, злое и древнее просыпалось в нем в эти моменты. Хотелось вскочить на стол и орать, словно древний вожак стаи.

Но сейчас, по прошествии многих лет, для Михаила Афанасьевича эти впечатления потеряли былую остроту и превратились в рутину. Иначе говоря, вокруг бегали давно уже знакомые олени и кабаны, круг участвующих в дележке хищников тоже почти не менялся. Лес вокруг был тем же, что и много лет назад.

— Михаил Афанасьевич, мы определили участников акции в ночь перед Первомаем. Люди, в общем-то, нам прекрасно нам известные. Чего-то подобного мы от них и ожидали, — без особого успеха оправдывался Леонид Петрович.

— Если вы такие умные, почему облажались? Работать разучились?

— Мы ориентировались непосредственно на первое мая, предшествующий период контролировали в штатном режиме.

— Короче, облажались, — Михаил Афанасьевич заигрывать со своим подчиненным не любил и говорил все, как есть.

Леонид Петрович в ответ на это взял в руки ручку, словно пытаясь найти в ней опору и утешение в неприятной беседе. К подобной критике невозможно привыкнуть. Зачерстветь — да. Стараться не обращать внимания, думать о чем-то другом. Но не привыкнуть. В этот раз он предпочел сосредоточиться на другом — ему было чем удивить Михаила Афанасьевича. Сильно удивить.