Оп.: Два транспорта с вымпеловцами… примерно пятнадцать стволов… только что свернули с Профсоюзной. Обеспечьте для них с Полста седьмым проход через «Евроаптеку». Гоним к вам «глушилки»! медиков! и подкрепления!!! Держитесь…

Стрельба в районе северного паркинга внезапно оборвалась: уцелевшие боевики, получив, вероятно, команду по рации от своего старшего, прекратили огонь и стали быстро и довольно организованно отходить, прикрываясь припаркованным здесь транспортом, к восточной оконечности комплекса…

– Как зовут-то тебя, брат? – поинтересовался Рейндж у чекиста в штатском. – Меня – Мокрушин!

– Ивашов… подполковник госбезопасности! – смахнув ладонью струящийся по лицу пот, представился конторский товарищ. – Приказано было следовать за вами вместе с… известными вам лицами.

Рейндж, высунувшись в проем, коротко свистнул, привлекая к себе внимание одного из двух уцелевших коллег Ивашова, экипированных в спецназовский прикид – именно они помогли отбиться от короткого, но яростного натиска «белоповязочников».

– Молоток! – похвалил Рейндж бойца, который, помимо того, что сам был цел и невредим, умудрился приволочь еще два трофейных «калаша». – Ивашов, одного твоего спеца я беру с собой… вот тебя, братец, и забираю.

Мокрушин вытащил из кармана портативный «Кенвуд», настроенный на волну А-центра, и передал рацию своему лубянскому коллеге.

– Докладывай оператору все, что видишь, как акын! Пусть гонят спецназ через эту вот брешь… это, кажется, единственная дыра. Продержитесь несколько минут до подхода вымпеловцев. Все, Ивашов, мы пошли! Двигай за мной, братишка!..

Народ, кого эти драматические события застигли в двух соединяющихся между собой залах «Евроаптеки», был напуган донельзя: и несколько десятков граждан, оказавшихся здесь в час «X», и местный персонал… кто заполз в подсобку провизоров, кто метнулся на выход, некоторые просто упали на пол и дожидались, когда стихнут доносящиеся снаружи звуки интенсивной стрельбы.

Двое граждан были серьезно травмированы в тот момент, когда на них обрушились стеллажи. Этим двоим, мужчине и женщине средних лет, сейчас оказывали посильную помощь две тетеньки-провизорши; еще до полудюжины народа получили незначительные ушибы и в помощи медиков, по большому счету, не нуждались…

– З-здорово, б-братишка! – обернувшись к нему, подал реплику Комаров, рядом с которым на полу стояла уже расстегнутая сумка. – Ну и в-влипли! Есть п-п-патронов м-маленько?

– Да уж… там, где мы, там… абзац! – переиначив известный пеховский девиз, сказал Мокрушин. – Братишка! – Он посмотрел на протиснувшегося вслед за ним спецназовца в маске. – Ты из каких будешь?

– Из альфовцев, – сказал тот, выщелкнув отстреленный рожок из автомата и меняя его на непочатый, вытащенный им из кармашка укладки. – Неделю как зачислили в отряд…

– Гм… – Рейндж невольно вздохнул. – Ну пока ты толково воевал, «альфа»! Есть запасные магазины? Или весь израсходовался на паркинге?

Тут надо сказать, что Рейндж не только вел разговоры с этими двумя, но и сам в темпе «перевооружался» – сменил обоймы в «глоках» на непочатые, сунул пистолеты в поясную и наплечную кобуру, надел разгрузку с боекомплектом и рацией в нагрудном кармашке, проверил «никон», снабженный лазерным целеуказателем и интегрированным глушаком…

– Я вижу, у тебя есть еще пара запасных? – вновь поглядев на альфовца, спросил Рейндж. – Комаров… и вы, Лера! А может, здесь останетесь?! Вы ведь по закону… того… «лохи»!!

– Всем внимание! – подала реплику сидевшая у входа на корточках агентесса. – Вижу противника!..

После этого она сдвинулась чуть в глубь помещения аптеки, выставила вверх четыре растопыренных пальца и еще одним жестом показала направление, откуда к ним по пассажу приближаются боевики…

Мы давно планировали эту громкую акцию; первоначальный замысел родился еще до событий в Беслане, где сражались в том числе и мои воины – шестерым, включая Абдуллу, удалось, вопреки вранью федеральной власти, вырваться оттуда живыми и невредимыми!..

Мы – это прежде всего я и мой родной брат Назир, чье имя, наложив его на собственное, я буду носить до той поры, пока все наши планы не осуществятся в полном объеме, – да будет на то воля и соизволение всевышнего! – и пока я жестоко не покараю всех, кто причастен к садистскому убийству моего единоутробного брата. Моего младшего брата Назира, которого, как мне удалось выяснить, ошибочно приняв за меня, за курчалоевского амира, замучила, запытала до смерти группа подонков, сущих мясников из спецназа ГРУ, которыми командовал Шайтан, не раз приговоренный «фетвами» наших чеченских и кавказских имамов к смертной казни!..