– Нет, – с жаром отрезала она. – Мне он здесь не нужен.

– А мне кажется, он сможет их угомонить, в отличие от вас.

– Мы никуда не пойдем. Пусть наш отель говорит за себя.

– О, вот это храбрость! Пусть Сильвия Роуан беспрепятственно обливает вас грязью на каждом углу.

Презрительный тон миссис Бернард вызвал у Дейзи глубокую досаду. Что-то слишком часто она прибегала к этому тону.

– Послушайте, я не выступаю на публичных собраниях.

– Ну и глупо.

– Что такое?

– Вы отказываетесь вступиться за свою работу. Вы отказываетесь позвонить Джонсу, потому что сваляли с ним дурака. Вы предпочитаете сидеть здесь и позволять другим вытирать о вас ноги. Это глупо.

Дейзи решила, что с нее довольно.

– А вы в своей жизни, наверное, ни разу не ошибались. Вышли замуж за приличного мужчину, завели семью, со временем стали играть заметную роль в обществе. Ни разу не мучились сомнениями. Что ж, браво, миссис Бернард.

– Это лишний раз доказывает, что ничегошеньки вы не знаете. Я просто говорю, что в ваших обстоятельствах вам необходимо уметь постоять за себя.

– В моих обстоятельствах? У меня нет позорного клейма на лбу, миссис Бернард. За пределами благообразного Степфорда с его женами есть люди, которые самостоятельно растят детей, и никто не считает, что у них какие-то особые «обстоятельства», как вы выразились.

– Я хорошо сознаю…

– Это был не мой выбор, понятно? Я думала, что создаю семью. И никак не предполагала, что стану матерью-одиночкой. Или вы полагаете, что у меня было в планах поселиться на строительной площадке с малышкой, чей отец даже не знает, как она теперь выглядит? И жить среди горластых теток? Вы думаете, я именно этого хотела?

Тревор и Эйдан переглянулись.

– Зачем же впадать в истерику?

– Так перестаньте ко мне придираться.

– А вы не будьте такой обидчивой.

Наступила короткая пауза.

– И что вы имели в виду, сказав, что я сваляла с Джонсом дурака?

Миссис Бернард бросила взгляд на мужчин:

– Я не уверена, что мне следует это говорить.

– Что говорить?

– Не обращайте на нас внимания. – Эйдан снова прислонился к плите, держа в руке кружку с чаем.

Впервые миссис Бернард выглядела несколько смущенной.

– Что ж. Вы, наверное, думали, что поступаете правильно… Не стоите на месте…

– Вы это о чем?

– О вас и о нем. В то утро.

Дейзи, нахмурившись, ждала.

Мужчины замерли, прислушиваясь.

– Молодые люди в наше время другие… Все теперь другое…

– О боже! Так вы решили, что я с ним переспала? Ушам своим не верю!.. – Дейзи невесело рассмеялась.

Миссис Бернард прошагала мимо нее и принялась показывать в окно малышке Элли что-то чрезвычайно интересное.

– К вашему сведению, миссис Бернард, хотя это никоим образом вас не касается, мы с мистером Джонсом и пальцем не коснулись друг друга. Он остался в доме только потому, что вы забрали его ключи от машины. Другой причины не было.

– А он видный мужчина, – вмешался Тревор.

– Видный. Будь я девушкой, обязательно пошел бы с ним на свидание, – поддакнул ухмылявшийся Эйдан.

Миссис Бернард развернулась и пошла к двери, ни на кого не глядя.

– Я никогда не говорила ничего подобного, – заявила она. – Я просто подумала, что вам не следовало напиваться в его присутствии, только и всего. Он ведь ваш начальник. Но я не буду больше высказывать свое мнение, если вам оно не интересно.

– Вот и хорошо. По правде говоря, я хочу одного: чтобы меня оставили в покое.

– Это очень легко. Вот, держите ребенка. А мне пора. Нужно еще пройтись по магазинам. – Она сунула ребенка в руки Дейзи и вышла из дома.

– Дейзи? Все в порядке?

– Нет. Да. Не знаю. Просто мне хотелось услышать родной голос.

– Что случилось, дорогая?

– Ничего особенного. Обычные трудности со строительством. – Она провела по трубке пальцем. – Пришло письмо от Даниеля.

– А вот это плохо. Я надеялась, он умер. Так что же он пишет?

– У него душевный разлад. Он несчастен.

– Бедняжка Даниель. Какое благородство. И что он теперь намерен делать?

Дейзи поняла, что звонить Джулии не стоило.

– Ничего. Он… Он пока разбирается в себе.

– А какая тебе отводится роль?

– Забудь об этом, Джу. Давай поговорим о другом. Элли прекрасно себя чувствует. Она хорошо усваивает прикорм и уже пытается самостоятельно сидеть. От морского воздуха у нее розовые щечки. Как только разберусь с делами и когда станет теплее, собираюсь отнести ее поплескаться.