— А кого же еще?

— Как?

— Уверен, что хочешь правды?

— Да.

— Шпионы фей на протяжении веков следили за вами, ребята. Они докладывали обо всем увиденном, и публиковали книги, продавая по всему миру.

— Шпионы, — ровно произнес Кейн. — Книги.

— Картины. Дискуссионные кружки. Фанатские собрания.

Не отрывая взгляда от Жозефины, Кейн опустил голову, едва подбородком не достав груди.

— А ты член фанатского клуба?

— Естественно.

Кейн выгнул бровь — знак для того, чтобы Жозефина продолжала.

Так она и поступила. С радостью.

— Я член клуба "Коснись меня, Торин". — Она мечтательно вздохнула. — Он такой добрый и заботливый, всегда защищает окружающих.

Кейн схватил ее за предплечья и сильно дернул к своему телу. Осознав, что натворил, он тут же вернул ее на место, подальше от себя, и опустив руки, пробормотал:

— Прости.

А мне не жаль. Вся эта сила…

Перестань наслаждаться его прикосновением. Перестань его жаждать. Кейн не для тебя.

— Ты будешь держаться от Торина подальше, — сказал он.

— Но встреча с ним — единственная вещь, которую я хотела сделать, прежде чем умереть.

Кейн закрыл глаза, словно моля о спокойствии, и резко выдохнул.

Одна из драгоценностей, висящих на люстре, раскачалась и, плюхнувшись вниз, разбившись об голову Кейна. Он поежился и вытряс кусочки из волос.

— Да уж, такого никогда не случалось раньше. Ты в порядке?

— Да, — сквозь зубы процедил Кейн.

— Хочешь знать название своего фан-клуба? — искренне спросила Жозефина.

— Нет, если ты в нем не состоишь, — еле сдерживаясь, произнес он.

Нет, она не была официальным членом клуба.

— Что бы ты знал, хобби Синды включают в себя удары ножом в спину, вызывание неприятностей и разрушение жизней. Ты никогда не будешь с ней счастлив.

— Это она приговорила тебя к Бесконечному сну, да? — спросил он. — Ты, а не она хранитель Безответственности. — Кейн потер виски. — Именно поэтому ты оказалась в аду.

Казалось, что он больше говорил это себе, нежели ей.

— Да. В Бесконечном сне множество дверей, и одна из них ведет в Сидуар. Меня втолкнули внутрь, бросили в яму на тысячу лет, но здесь прошел всего лишь день. Днище находится в центре ада, и я наконец-то его достигла.

— Тысяча лет, — хрипло произнес Кейн. — Еще одна причина твоего желания умереть. Ты не хочешь снова испытать такое мучение.

Мучение. Такое безобидное слово для описания того, что произошло.

— Мы все слышали истории об этом месте, но, ни одна из них не верна. В той яме темно, никакого проблеска света. Там полнейшее безмолвие. Ты даже не можешь услышать собственный крик или мольбу о помощи. Там пусто. Ничто тебя не удерживает. — Жозефина покачала головой, чтобы изгнать воспоминания. — Нет, я не хочу снова это пережить.

Тело Кейна охватила странная вибрация, как будто он едва сдерживался, чтобы не поддаться акту насилия. Он побледнел.

— Кейн?

— Все в порядке, — отрывисто произнес он, а затем удивил Жозефину, взяв ее за руку, переплетясь с ней пальцами и держа ее так, словно девушка была спасательным тросом. Соприкосновение длилось всего лишь несколько секунд, но их оказалось достаточно, чтобы она почувствовала головокружение.

Чтобы скрыть свое замешательство… и внезапную неспособность дышать… Жозефина направила все свое внимание на тряпку, которой снова начала натирать перила.

— У меня уйма работы, Кейн. Прости, но я вынуждена попросить тебя уйти.

— Почему бы не покончить жизнь самоубийством? — продолжил он, игнорируя ее слова. — Не то чтобы я подобное поддерживаю. Я против, и если ты так сделаешь, я заставлю тебя об этом горько пожалеть. Мне просто любопытен твой ответ.

— Я не могу.

— Объясни.

Жозефина вздохнула.

— Что бы я с собой ни делала, это приносит лишь страдание, но не смерть.

Кейн нахмурил лоб.

— А что если тебе удастся обезглавить себя?

— Мое тело отрастит новую голову.