Командующий

Северо — Западной сводной

территориальной дивизией

полковник

З. Айтуллин

Представитель Федерального правительства в области настаивал на организации рейса корабля на Большую Землю не только потому, что это давало дополнительные возможности для товарообмена с Большой Землей. В условиях прекращения авиационного сообщения с Земландом морской путь, в случае чего, мог служить и для эвакуации представительства…

От реки шли на северо — запад чуть больше суток, а на весь путь ушло на этот раз почти четыре дня.

Когда шедший впереди сержант остановился и произнес — "ну, вот мы и прибыли", — Настя, утомленная переходом, автоматически сбросила с себя здоровенный рюкзак, скинула с плеч покоившееся там на свернутой куртке тяжеленное противотанковое ружье, порядком измотавшее ее за эти дни. Однако, приученная к дисциплине, она не опустилась тут же в изнеможении на землю, как это сделал остановившийся прямо перед ней Алексей.

Она окинула взглядом небольшую лесную полянку, на которую они вышли, и замерла в изумлении. На пенечке, подстелив чтото под себя — то ли курточку, то ли пиджачок, сидела блондинка с вьющимися волосами до плеч, одетая в светло — голубую полупрозрачную блузку с короткими рукавами и коротенькую гофрированную синюю юбочку, и с олимпийским спокойствием полировала себе ногти крохотной пилочкой.

Мильченко подошел к ней, разводя руки в стороны. Блондинка коротко бросила, — "Привет, Серега!", — и добавила, не отрывая взгляда от своих пальцев — "Не вздумай лапать. У меня бок еще не зажил".

"А что случилось?" — встревожился Мильченко.

"Так", — кокетливо пожала плечиком блондинка, — "не сошлись во мнениях с одним молодым человеком. Он меня хотел к Тимофею Алексеевичу пригласить, но не оченьто вежливо".

"Да говори толком, Танька!" — досадливо воскликнул Сергей. — "Рана серьезная?"

"Да ну", — она тряхнула своими тщательно вымытыми волосами — "касательное ранение грудной клетки. Пуля прошла навылет. Слегка ребра зацепило", — тем же весело — небрежным тоном продолжила блондинка. — "Одним словом, парень оказался лопух, хотя и надоедливый".

"И что ты с ним сделала?" — несколько успокоившись, поинтересовался сержант.

"Дала по яйцам", — без тени смущения пояснила блондинка, — "а потом из его же "Доретты" продырявила ему башку. Вот", — и в руке у блондинки оказался странный длинноствольный пистолет. Настя могла побиться об заклад, что молодая женщина ниоткуда его не вытаскивала. Он как бы сам собой вдруг прыгнул ей в руку.

"Ладно, кончай баловать!" — Сергей снова посерьезнел. — "Твои перехваты Канарейка расшифровала. Работы нам будет — выше головы".

"А что там былото?", — полюбопытствовала блондинка, которую сержант назвал Таней.

"В основном мусор", — махнул рукой Мильченко, — "но есть сообщения и как будто прямо для нас. Во — первых, в направлении Залесска Центральные подтягивают бронетехнику. Надо бы с ней разобраться. Во — вторых, через шесть дней кудато сюда, предположительно — в отряд, который действует на Залесском направлении, прибудет высокое начальство. Надо готовить встречу".

"Маршрут известен?" — быстро спросила Таня, с надеждой глядя на Мильченко.

"Нет", — вздохнул тот, — "да и не поедет Боковлев по магистральному шоссе после всего нашего шума. Окольными путями отправится. Придется выследить здешний отряд Центральных и ждать там".

"Это же самоубийство!" — потеряв свое наигранное спокойствие и веселость, выкрикнула Таня. — "Ты знаешь, сколько сил у них в отряде?"

"Нет. Наши данными не располагают. Но не меньше полусотни".

"Полусотни…" — криво усмехнулась Татьяна. — "Только за последние два дня по шоссе на Залесск проследовали около шестидесяти бойцов, пять бронетранспортеров, одна БМП и два танка. Да еще на грузовиках чтото везли, помимо боеприпасов. Не то минометы, не то безоткатные орудия, не то еще что".

Мильченко снова вздохнул. Центральные сосредоточили здесь едва ли не главные свои бронесилы. Да, напасть на колонну с охраной человек двадцать — двадцать пять, у которых два БТР были самым грозным о]3ужием, они смогли. Но и то ведь — растрепали, но не уничтожили, сами едва ноги унесли. А тут? Тут не один к пяти будет, а хорошо, если один к двадцати. Да еще брони сколько… Положат удачно один снаряд — и, считай, группы нет. Но он не стал делиться своими невеселыми мыслями, а спросил:

"Куда шли, не установила?"